Двойник смерти

В идеале сержанту Лоуренсу требовалось расширить этот перечень, увеличив его за счет тех, кто хорошо знал Лесли Стоун. Это могли быть другие слуги в особняке Ричардсов или, например, приятели ее родителей.

Пока Лоуренс записывал все это, в зал бесшумно вошел дворецкий Трикланд. Вышколенный слуга отлично знал, что нельзя мешать гостям, когда они разговаривают по телефону или просматривают корреспонденцию, а в данном случае – делают записи. Поэтому Трикланд смиренно ждал, когда полицейский закончит и сможет уделить ему время.

Это случилось, когда у сержанта перестала писать ручка и он беспомощно огляделся по сторонам в поисках чего-то на замену.

– Господи! – воскликнул он, увидев дворецкого. – Я не заметил, как вы вошли, Трикланд. Просто как будто появились из ниоткуда. Вы всегда так умело маскируетесь?

– Не понимаю, о чем вы, сэр, – на лице дворецкого не дрогнул ни один мускул. – Вы были заняты, и я не решился вас побеспокоить. Я давно работаю в этом доме и отлично выучил основные правила.

Здесь нельзя задавать лишних вопросов, нельзя без повода показываться на глаза. Лучше вообще слиться с интерьером, что я и стараюсь делать.

– Могу вам сказать, что в этом деле вы достигли совершенства, – усмехнулся Лоуренс. – И надо иметь большое самообладание, чтобы оставить за порогом свои амбиции. Вы ведь образованный человек, Трикланд, не так ли?

– К чему все это, сэр? Я здесь на своем месте и отлично делаю порученную мне работу. Мне хорошо платят, потому я вполне удовлетворен.

Вы, кажется, хотели поговорить со мной о мисс Стоун?

– Да, все верно, – кивнул сержант. – Я уже побеседовал с мистером и миссис Ричардс, с горничной Эви. Никто из них не имеет ни малейшего представления, как разворачивались события в этом доме. Я вижу лишь кровь на полу, и больше ничего. Никаких улик. Получается, в моих силах только спрашивать, спрашивать и спрашивать, надеясь услышать правду или хотя бы намек на нее. Что вы можете сказать о вчерашнем дне? Что-то необычное не бросилось вам в глаза?

– Нет, ничего, – отрапортовал дворецкий.

 – Когда миссис и мистер Ричардс уехали, я пошел на кухню, чтобы пообедать, а затем отправился к себе. Мне нужно было подвести расчеты по зарплате прислуги – как вы, наверное, знаете, эти обязанности хозяйка возложила на меня. Миссис Ричардс слишком чувствительная натура, чтобы заниматься хозяйственными делами. Вопросы выплаты жалованья так вообще доводят ее до мигреней.