Мать

Поэтому, не обращая внимания на бурчание подруги, внимательно изучала потрёпанную карту.

История этой карты запутанная и долгая. Пожалуй, она была старше Вив вдвое. Её штопали бесчисленное количество раз: где-то торчал скотч, где-то – кусочки засохшего клея. Названия улиц и мелкие дороги почти выцвели, однако девушки старательно поддерживали их, подкрашивая найденными гелевыми ручками.

Неизвестно, кто был первым владельцем этой карты: возможно, это была семейная пара, которая по выходным выезжала в супермаркет.

В детстве, будучи в средней школе, Вив часто разглядывала эту старую карту и выдумывала многочисленные истории о ней. Однажды она выдумала, словно эта карта принадлежала великим ворам, которые совершали грандиозные кражи. Как они впопыхах разворачивали старую бумагу, случайно надрывая края, смотрели свой следующий путь и так же спешно сворачивали обратно. Однако с возрастом она поняла, что в её старом Молайне воровать было нечего. Скучный маленький городишко населением в пятьдесят тысяч человек. Только вот маленький размер города не помог ему спастись от бомбардировок. Пара бомб, всё-таки угодившая в город, снесла почти треть зданий, заживо погребя под собой больше половины населения. Вив лучше контролировала себя, но даже ей становилось дурно от воспоминаний Становления. Девушка внимательно изучала их следующий путь, а Нона стояла рядом, нетерпеливо переступая с ноги на ногу.

– Так ты, оказывается, больше не презираешь коммуникатор? – с иронией спросила Нона у своей подруги.

Коммуникатор был их гарантией относительной безопасности. Найденные ещё до побега в каком-то магазине электроники, они были преобразованы во что-то вроде маячка их другом-механиком. Ещё до Становления он неплохо разбирался в компьютерах, поэтому ему не составило труда сделать то, что просили две странно отрешённые девушки. Теперь при хорошей погоде каждая из них могла отследить положение другой на маленьком экране. Отличительной чертой их коммуникаторов было то, что их сеть была личной – никто иной из механиков не сможет отследить беглянок.

– Ты никогда не опаздываешь, – сказано это было с горечью. Оставшись наедине с враждебным миром, Нона была для Вив чем-то вроде спасательного круга в бескрайнем океане. Лишь только при её поддержке Вив оставалась собой. Порой ей казалось, что если бы не Нона, то она сама бы пошла в логово койтов, на верную смерть.

– Прости.

– Снова приступ? – приступы такой апатии для Ноны были болезненной нормой.