Горничная идёт по следу

– Леший, Святобор[3 - Бог леса], Деревянник[4 - Дух, отвечающий за крепость ствола], Шептун[5 - Дух, шёпотом заглушающий голос рассудка и заводящий в самую чащу]… – принялась читать названия подруга, разглядывая искусно выполненные к ним рисунки. – Откуда они только названия такие взяли?

– Судя по их звучанию, из славянской мифологии, – пожала плечами я, тоже с интересом разглядывая необычное оформление. – Ладно, успеем ещё на них насмотреться, сейчас нам надо отыскать твою тётю, спросить о постояльцах, и посмотреть эту пристройку, в которой будем жить и перенести туда клетку с Альрауне.

Кстати, твоя тётя не против соседства с сорокой?

К моему появлению у машины с клеткой тётя Оля отнеслась на редкость флегматично, не выказав ровным счётом никаких эмоций, даже когда первую половину дороги Альма, в порыве волнения, металась по клетке, стрекоча так оглушительно, что удивилась даже я.

– Она не будет жить с нами, у неё же машина, – как о само собой разумеющемся заявила Ксенька. – Она будет уезжать домой, тут не так далеко.

У Олеськи своя комната там, в гостинице, двое других поваров также уезжают на ночь.

– То есть мы тут одни будем? – почувствовала лёгкий приступ паники я.

– Это ж только на ночь, – флегматично отозвалась подруга. – Это даже удобнее, никто не будет нам указывать, когда ложиться спать и как проводить свободное время.

Постояльцев оказалось немного, всего пятеро. Из них двое на первом этаже и трое на втором. Немного посовещавшись Ксенька взяла себе первый этаж, а я второй, пятый номер мы решили убирать по очереди через день.

Благодаря нестандартному подходу к названиям номеров, наш разговор с подругой выглядел немного странно:

– Значит я беру себе Лесовика и Птичича[6 - Покровитель птиц], ты Шептуна и Святобора, а за Древобогом[7 - Бог всех деревьев] будем следить по очереди, – буднично рассуждала Ксенька, черкая что-то на клочке бумаги, чтобы не забыть.

Покончив с последними формальностями, мы пошли к пристройке. Ей оказался небольшой домик позади гостиницы, состоящий из узкого коридорчика, где можно разуваться и вешать на крючок верхнюю одежду и просторной комнаты с пятью кроватями, большим шкафом в углу и закутком-ванной комнатой справа.

– Зато окна здесь стандартные, как ты и хотела, – проворчала Ксенька, кивнув на окна, которые после тех, что были в гостинице, резко стали казаться какими-то чересчур маленькими.

– На казарму чем-то смахивает, – заметила я, глядя на стройный ряд кроватей у стены.