Проклятие троллей

Но моя мать русская, так что я не могу отнести себя к чистокровным полякам. Я хорошо знаю английский, пробовала работать экскурсоводом, а ещё у меня есть специализация в когнитивной психологии.

Я исподлобья взглянула на Асю. Для гида она рассказала о себе подозрительно мало. Проживала до семи лет в Польше, а потом всё покрыто мраком. Как её занесло в Россию? Что за странный разброс от экскурсовода до психолога? И все вот эти «пробовала», «есть специализация», ничего конкретного, словно нахватала каких-то верхов там и сям.

– Теперь моя очередь, я полагаю? Я – Стас. Стас Воеводин, – заговоривший мужчина выглядел ровесником Андрея, но этот был более высоким и худощавым. – С четырнадцати лет начал заниматься детским спортивным туризмом. Уже в школьные и университетские годы успел побывать с походами и экспедициями в стольких местах что, если перечислять, то уйдёт не один час. Также я неоднократно участвовал в спасательных работах при обрушении ледников и три года проработал волонтёром от ООН.

«А я год провела за написанием диплома, а за месяц перед защитой даже осознала смысл написанного. Интересно, это можно считать достижением, о котором надо рассказать?», – хмуро усмехнулась я собственным мыслям.

Следующей на очереди стала хрупкая девушка лет эдак от двадцати пяти до тридцати пяти, невысокого роста с коротким тёмным хвостиком, стянутым на затылке. Пусть и с сильным акцентом, но я всё же смогла разобрать её английский:

– Меня зовут Николь Тоту, я из Франции, а точнее из города Лилль.

Я пишу детские книги, а также уже выпустила несколько поэтических сборников. Сюда я приехала ради вдохновения, новых впечатлений и друзей.

Я поддела вилкой лист салата, силясь скрыть раздражение. Речь прозвучала как-то фальшиво, у меня даже перед глазами встала картинка из учебника за пятый класс. Просто плохо знает английский или специально ответила так шаблонно?

– Я – Александра Кирюхина, выпускница Академии Искусств с красным дипломом. Я выбрала поездку в Исландию ради её захватывающих видов и богатой истории, – отчеканила сидящая рядом с Николь девушка с огненно-рыжими волосами.

От неприятного, пронизывающего взгляда угольно-чёрных глаз я едва не подавилась глотком чая. При виде пёстрой одежды с этническим мотивом и обилия фенечек, браслетов и бус у меня заболели глаза. Некоторые люди умеют вызывать стихийную неприязнь. Впрочем, возможно всё дело в неудачной цветовой палитре, что странно для художника.