Проклятие троллей

В результате жеребьёвки меня распределили к Асе и Николь, Тимофей угодил в одну компанию с Робертом и Ринном, а Мрак с Андреем и Димой.

Этим вечером мне не удалось даже словом перекинуться ни с Тимофеем, ни с Мраком, до того стремительно объявили отбой. И всё же, не удержавшись, я улучила момент и залезла в сумку к Асе, вытащив бесформенный ворох записок и на всякий случай быстро сфотографировав текст каждой – потом на досуге изучу. А вот и та самая записка. Вот только Ася не дочитала нам её до конца.

«Сегодня ночью я убью человека и им будет один из вас»

Что там я Тиму сказала, когда он вручил мне ту дурацкую путёвку? Что поездка будет незабываемой? Похоже, чутьё меня, как всегда, не подвело.

Глава 4

Мне снился длинный коридор и множество дверей. Я распахивала одну за другой, поочерёдно оказываясь то в огромном зале поместья Фланаган, то, сделав несколько шагов назад, мгновенно перемещалась в заброшенную больницу. В конце концов, устав от этих бесконечных метаний, я распахнула глаза и тут же проснулась.

Где я? Где мои электронные часы с синей подсветкой, всегда стоящие на полке слева от кровати? Стоп, да и где сама кровать? И что за люди сопят рядом со мной? На экстренную загрузку воспоминаний ушло не больше полминуты, но этого времени мне хватило, чтобы напугаться до полусмерти и ощутить прилив бодрости.

Потерев глаза, я попыталась различить обстановку вокруг себя. Похоже, небо уже начинало светлеть, но до рассвета было всё ещё далеко.

Пару минут я честно пыталась уснуть, но разбуженный мозг с перепугу начал работать в ускоренном режиме, загружая сразу по нескольку мыслей сразу. Отчаявшись, я решительно поднялась на ноги, кое-как выбравшись из палатки. Однако, едва увидев открывшееся мне зрелище, я в нерешительности застыла на выходе, не зная, как реагировать.

– Не спится? – буднично поинтересовалась у меня Ася и с размаху рассекла ножом воздух.

Я беззвучно открыла и закрыла рот, продолжив тупо наблюдать за странным утренним ритуалом. Усевшись прямо на земле, Ася методично кромсала свои некогда длинные волосы ножом. Отрезанные пряди светлым ковром лежали вокруг неё, а уцелевшие топорщились в разные стороны, теперь едва доходя ей до подбородка.