Академия Роз. Поцелуй демона

И я тоже хороша.

– Знаете, я передумала, – пробормотала я, – приятно было познакомиться, лёгкого вам пути!

Я сложила пальцы в фигуру, показанную в книге, и прошептала заклинание. Демон даже не дёрнулся, продолжал смотреть с любопытством. Пентаграмма запульсировала, я в ужасе сделала слабый шаг к гаснущим линиям, чтобы хоть что-то сделать, но холодок в груди резко взорвался, вытягивая из меня последние крохи.

Сознание вспыхнуло вместе с пентаграммой и погасло. Демон победно зарычал. Вот и всё. Прощай маленькая глупая ведьма Розэ Фардеклёр.

И все, кого сожрёт этот кровожадный монстр. Я – дура.

Леон

Я блаженно вытянулся на траве возле бабушкиного дома и сощурил глаза, глядя на чистое голубое небо. Солнышко светит, птички поют, ветерок треплет волосы. Из открытого окна кухни доносился аромат свежей выпечки. Обожаю приезжать к бабушке в гости.

– Лёвушка, солнце, иди кушать, – из окна выглянула бабушка, – я уже и чай налила. Остынет – невкусно будет.

– Бабуль, – я сел и обернулся к ней, – остынет – подогреем.

Я широко ухмыльнулся и вызвал на ладони пламя. В том, чтобы быть сыном демона и попаданки с Земли есть свои плюсы. Бабушка уже привыкла к магическим выкрутасам своих внуков и только закатывала глаза. Вот и сейчас.

– Лев, – она поджала губы, – я тебе сейчас твой хвост демонический на рога накручу и без пирожков оставлю. Марш за стол!

– Иду, иду, – я засмеялся и поднялся.

Бабушка есть бабушка. Ей плевать, что ты один из сильнейших демонов, имеешь жуткую зубасто-рогатую ипостась и можешь щелчком пальцев смести с лица Земли половину области.

Сказала – без пирожков оставит, значит, будешь сидеть и жевать свой хвост. Ещё и по лбу ложкой можешь получить, для острастки.

Вдруг я почувствовал чьё-то пристальное внимание и обернулся. Через миры в окошко на меня смотрела какая-то женщина в покрывале а-ля шамаханская царица. Я нахмурился и резким взмахом руки захлопнул «форточку», прищемив ведьме любопытный нос.

И навесил на бабушкин участок дополнительную защиту.

Я вошёл на уютную кухню, тут же ставшую тесной. Дом не был рассчитан на два метра мускулов, я со вздохом вспомнил, как был мелким. А сейчас едва ли не скребу макушкой потолок. Я втиснулся за стол и облизнулся, вдыхая божественный аромат сдобы.

Так печь, как бабуля, не умеет никто в двух мирах. Я потёр руки и потянулся к румяным пирожкам с вишней, моим любимым. И тут же получил по руке полотенцем.