Не будите спящих красавиц

Шеф, напротив, сраженный силой земного тяготения, прижался небритой щекой к пышной груди Дуси и блаженно закрыл глаза.

В этот момент за дверью послышался новый голос:

– Дорогой, я принесла тебе поесть и чистые рубашки, – и в кабинет неспешно вошла супруга Михеича.

Увидев безобразие, творящееся на полу, супруга шутки не оценила, но среагировала мгновенно, огрев неверного мужа плетеной корзинкой. К кофейной луже на полу добавились бутерброды и йогурт. Михеич, не ожидавший такого щедрого угощения, открыл глаза и попытался подняться.

Но, когда ему это удалось, его жене открылись новые подробности, да-да те самые три четверти.

Она ойкнула и опустилась в кресло для гостей, прижав к груди пакет с рубашками. Селиван, кто бы сомневался, бросился на защиту начальства, опять применив трюк с крысой. Это оказалось последней каплей, и обманутая жена обмякла в глубоком обмороке.

– А она не так крепка, как ее мать. Мать ее…

Шеф задумчиво посмотрел на супругу и перевел взгляд на секретаршу.

– Дуся, – рявкнул он, – ты почему так рано пришла на работу. Еще раз явишься в такую рань, уволю к чертовой бабушке. Даю сегодня отгул, и, запомни, тебя здесь не было.

Он подтолкнул смущенную девушку к выходу и попытался застегнуть рубашку. С третьего раза его попытка увенчалась успехом, и Михеич принялся хлопотать вокруг бесчувственной супруги.

Но поток гостей на этом не закончился. Не успела секретарша скрыться за дверью, как на сцене появилось новое действующее лицо.

Главный специалист по связям с общественностью Антоха, опрятно одетый и чисто выбритый деловито шагнул за порог. Ну, наконец-то Алексей вернулся, хоть один нормальный в этом зоопарке, пусть и является второй личностью шизофреника Антона.

Быстро вникнув в ситуацию, Алексей собрал с ковра бутерброды и вытер салфетками кофейную лужу. К тому моменту жена шефа пришла в себя. Она томно обвела глазами окружающих и, завидев мужа, обиженно засопела. Лицо ее покраснело в приступе едва сдерживаемого гнева, а рот раскрылся, готовый выдать самый мощный словесный заряд, на который была способна оскорбленная женщина.

Но, главный взмахом руки решительно погасил зарождающийся бунт.

Все это время я просидела на подоконнике за шторой. Домовой, после того как совершил акт спасения Михеича, присоединился ко мне и теперь полосатым котом грелся на солнышке. Внутренний Голос заметил:

– Готов поспорить, что так просто ему не отвертеться.