А. З.

Твой командир осмотрел эту злополучную поляну?

– Зачем?

– А как же без этого? – удивился Олег. – Он проводит служебное расследование, значит, обязан выяснить все обстоятельства и понять, почему ты потерял память.

Максим усмехнулся:

– В причинах моей амнезии должен разбираться врач, а не командир.

– Тогда что он расследовал?

– Понимаешь, какое дело… Я дважды нарушил должностную инструкцию. Во-первых, переговоры с землёй ведёт пилот, а я встрял в радиообмен. Во-вторых, посадку вертолёта должен разрешить диспетчер, а я заставил пилота сесть без разрешения.

– Ну так связи же не было.

– Если бы только это, мне бы влепили строгач. Но я врезал командиру экипажа. Такое у нас не прощают. Что он такого сказал или сделал?

– Загадка… – протянул Олег и нажал на тормоз. – Приехали.

Дорогу преградил металлический барьер с прикрученной табличкой: «Въезд на территорию Боярского заповедника запрещён».

– Через лес вряд ли проедем, – заключил Максим, всматриваясь в заросли.

– Я бы так и так не поехал.

Не хватало машину поцарапать или колесо пробить. Тесть меня в бараний рог скрутит.

– Тогда пешим ходом.

– Далеко идти?

– Пять километров.

– Час туда, час обратно. Плюс дорога. – Олег взглянул на часы. – Ё-моё! На футбол не успеем.

– «Зенит» проиграет.

– Накаркал, – скривился Олег. – Только Андрюхе не говори, не расстраивай мальца.

Максим надел кепку, забрал с приборной доски карту:

– Буди солдатика. – И, покинув автомобиль, открыл багажник.

Олег вытащил ключ из замка зажигания:

– Андрей, просыпайся.

 – Изогнувшись, похлопал его по ноге. – Вставай-вставай! Приехали.

Зевая во весь рот, Андрей выбрался из машины. Наблюдая, как Максим надевает рюкзак, потянулся, встряхнулся, потоптался, разминая ноги. Заметив в руках Максима охотничье ружьё, шустро обежал автомобиль и прошептал Олегу:

– Психам нельзя носить оружие!

– Он не псих.

– За всю историю психиатрии нет ни одного случая выздоровления.

Застёгивая ветровку, Олег щёлкнул языком:

– Походу, у тебя тоже память отшибло.

У него избирательная амнезия.

– Избирательная амнезия – это результат психической травмы, – упорствовал Андрей. – Так что, как ни крути, он болен.

– Умолкни, а?

Максим проверил, хорошо ли закрыл багажник, и окинул спутников придирчивым взглядом:

– Заправьте штаны в носки.

Андрей вытаращился:

– Чего-чего?

– Делай, как он говорит, – велел Олег, натягивая резинку носков на низ джинсов.