До и После. Миражи

Кулькен заметил, что далеко впереди маячило двое в спецовках.

«Мертвые, конечно же…»

– Перекусим здесь, – сказал Алекс и добавил: – До этих еще далеко, а местечко спокойное.

– И красивое… – не унимался Кулькен.

Алекс не ответил, снял сумку с плеча и склонился над ней.

– Надо поесть, прежде чем спустимся с дамбы. Неизвестно, что ждет впереди, а сил стоит набраться, пока есть возможность.

Кулькен кивнул. Алекс извлек из сумки термос, пачку сухариков и две коробочки быстрорастворимой лапши. Губернатору досталось полпачки сухого корма, который хозяин высыпал ему прямо на лапы.

Пес довольно облизнулся и приступил к трапезе. Он уже оклемался и явно был рад, что с дурацкой заварной овсянкой наконец-то покончено.

Глава 5 (ПОСЛЕ) Теплые руки

Когда Лиа после крепкого и продолжительного сна пришла в себя, отчасти даже расстроилась. Променять этот мир на Рай всегда казалось ей выгодной сделкой. Так почему не сейчас?

Она огляделась. Конечно, Норта рядом не было. Ей все привиделось.

Реальность победила красочные сны, и Лиа проснулась в этом дурацком мире, который стал еще сложнее и путанее, чем был когда-то. И в нем теперь опять придется как-то приживаться.

Она разочаровано вздохнула, захотела подняться, как вдруг с удивлением обнаружила, что одна ее рука привязана к бортику кровати.

– Во дела, – прохрипела она, – что за?..

И тут же нахлынули воспоминания: попутчик Макс, западня на дороге, пуля… Лиа начало мутить: ей всегда тяжело давался вид крови. Даже сейчас, когда кровь была лишь воспоминанием, было неприятно и хотелось зажмуриться.

Но от воспоминаний не спрятаться за закрытыми веками.

«В топку воспоминания, в топку кровь».

Сейчас ее больше заботила огнестрельная рана. Она решила пошевелить пальцами, чтобы проверить работает ли рука.

«Раз, два, три…»

Рука работала, но казалась чужой: отзывалась на команды не сразу, двигалась с трудом. А боль, несмотря на лекарства, которыми ее напичкал мужчина, похожий на Норта, начала возвращаться.

Лиа решила больше не дергаться и осмотреться.

Она была в просторной комнате с большим широким окном и двумя дверьми, ведущими в неизвестность.

«Терпимо, – подумала она, – если б не интерьер».

– Больничная палата в клинике для бедных, – констатировала Лиа.

Краска на бортике ее кровати частично облезла, на соседней – облезла совсем. Кресло, стоящее рядом, просело так, что казалось, сядь в него – рухнет на пол.

«Для нежданных посетителей».