Трон Знания. Книга 1

Адэр бродил по пустым коридорам, кружил по комнате собраний, мерил шагами Мраморный зал. Когда лунную дорогу на огромной картине затянули полупрозрачные сумерки, Адэр перешёл в холл. Долго сидел в кресле и, поглощённый мыслями, не заметил, как его окутал полумрак.

Послышались тихие шаги. Из-под центральной лестницы выплыла тень. Немного помедлив, взлетела по ступеням.

– Стоять! – крикнул Адэр. – Включить свет!

Раздался щелчок. Яркий свет люстр залил холл.

Наверху лестницы замер охранитель:

– Простите, я не хотел вас разбудить.

Адэр направился в потайной коридор, берущий начало под лестницей. Убегая в темноту, он вёл в полуподвальные помещения. В начале коридора серела дверь. Адэр открыл её ударом ноги. Нащупал на стене выключатель. Тускло загорелась лампа. Взгляд скользнул по комнатушке, остановился на телефоне.

– Мой господин, – прозвучал за спиной срывающийся баритон.

Адэр подошёл к столу, снял трубку.

– Приёмная старшего советника Троя Дадье, – пропело в ухо.

– Я объясню, – словно с того света донеслись слова охранителя.

– Охранитель Адэра Карро, – сказал Адэр телефонистке. Никакой она не секретарь. И сидит не в приёмной, а в секретном отделе.

После скрипа и писка послышался недовольный голос Троя:

– Что-то ещё?

Адэр опустил трубку на рычаг, повернулся к посеревшему как стена человеку.

***

Малика украдкой посматривала на тёмные окна и сдерживала вздохи. Вилар увлёкся рассказом о дорогах в Тезаре и забыл о времени.

Адэр прямиком от порога двинулся к Малике, впиваясь в лицо колючим взглядом:

– Кем тебе приходится Мун?

Малика сделала шаг назад:

– Он заменил мне родителей.

– Значит, ты сирота.

Малика коротко кивнула.

– Сколько лет вы в замке?

– Осенью будет двадцать.

– Почему наместники меняли слуг, а вас не трогали?

– Наверное, они доверяли нам.

Адэр сверкнул глазами:

– Я не доверяю! Я никому не доверяю!

– Тогда почему мы здесь?

Адэр заложил руки за спину, качнулся с пятки на носок:

– Мун ориент. Он нарушил закон Великого о резервации.

– Он покинул свои земли задолго до закона. Потом у него появилась я. Морской народ чужаков не принимает.

– Это правда, – откликнулся Вилар. – Я не видел среди ориентов людей другой национальности.