Больше жизни, Хлоя Браун!

Он начал двигать рукой быстрее, подумав, как она среагировала бы, как стиснула бы его бедрами, выгибаясь вверх, к нему навстречу, и как ее опасный голос прохрипел бы его имя…

В дверь постучали.

Рэд вскочил с кровати и уставился на себя: комбинезон расстегнут – маленькое развратное окошечко, демонстрирующее торчащий член, служит неопровержимым доказательством того, чту он почти сделал. Но, лихорадочно сказал себе Рэд, прошлая ночь не считается, потому что это был всего лишь сон, а этот раз не считается, потому что он так и не кончил.

Не считается. Все нормально.

Он прочистил горло, спрятал предательский член и направился в ванную, по дороге крикнув в сторону двери:

– Одну секунду.

Последний голос, который он хотел бы услышать, отозвался:

– Конечно, не нужно из-за меня спешить.

Тон был бодрый и невозмутимый – значит, как ему теперь было известно, она шутит.

Рэд замер, спрашивая Господа, что ж он такого натворил, чтобы заслужить это, а потом вспомнил, чем занимался около шестидесяти секунд назад, и угадал ответ.

Надеясь, что ошибся, – прекрасно зная, что нет, – он выдавил:

– Хлоя?

– Очень проницательно, мистер Морган.

Черт!

– Просто… подожди немного, – попросил он, резко возвращаясь к реальности.

С бешено колотящимся сердцем кинулся в ванную. Руки были вымыты, горящие от неловкости щеки охлаждены водой из-под крана, а комбинезон – застегнут. Полностью. До самого верха. У Рэда появилась нелепая мысль, что рядом с Хлоей его нравственность в опасности, – и это была самая странная мысль в его жизни.

Он собрался – в конце концов – и пошел открывать дверь. А увидев Хлою, понял, почему никак не мог выкинуть ее из головы.

Его сны не могли воссоздать ее детально. Что-то в ее образе было слишком впечатляющим, чтобы запомнить его в точности, будто мозгу не хватало ресурсов. Хлоя смотрела на него своими бездонными глазами, сложив руки под грудью, – но туда он смотреть не будет – и изогнув брови.

Одна, как всегда, была чуть выше другой. Так же, как один уголок ее сочных губ был приподнят немного сильнее, от чего складывалось впечатление, что Хлоя ухмыляется.

Хотя, вообще-то, она и ухмылялась. Склонила голову и поинтересовалась:

– Что, ради всего святого, с тобой стряслось?

Рэд резко поглядел вниз, ища, что могло его выдать. Мешковатый покрой одежды скрывал тот факт, что его член по какой-то причине все еще стоял.