Портрет убийцы

Его поза и размеры казались очень хрупкими и беззащитными по сравнению с массивностью и значительностью мебели, на которой его оставили, а темные цвета помещения заметно контрастировали с пока еще теплым слегка желтоватым оттенком кожи.

Нежные лепестки белой орхидеи, словно пытливые пальцы, бережно касались неприкрытых гениталий мужчины. Хрупкая ветвь казалась чужеродной и неуместной на теле мертвеца. Она будто бы воплощала в себе непорочную красоту, утопленную в объятиях насилия.

На груди мужчины, в области сердца, виднелось маленькое продолговатое отверстие со слегка потемневшими краями, из которого путаясь и высыхая на коротких жестких волосках, сочилась запекшаяся кровь.

Вокруг трупа были хаотично разбросаны сотни или даже тысячи белых карточек, часть из которых невольно свалилась на пол возле кровати. Еще часть подобно млечному пути тянулась к стоящему напротив громоздкой постели коричневому кожаному креслу с высокой спинкой. На нем, будто бы наблюдая за происходящим, восседал молодой крупный белый мужчина с перерезанным горлом и окровавленным разделочным ножом в руках.

Детектив не спеша молча обходил комнату, изучая инсталляцию с разных сторон. Он кружил своей тощей фигурой почти два метра ростом, ловко маневрируя между предметами мебели, людьми и декором, не обращая никакого внимания на пристально наблюдающую за ним криминалиста Джулию Рейнальдс.

– Хреново выглядишь, Джонс, – радостно поприветствовала смуглая худощавая девушка лет тридцати пяти, похлопав детектив по плечу, когда тот наконец замер в одной точке около кровати.

– И тебе привет, Джули, – мужчина вымучено улыбнулся, – Нашла что-нибудь необычное?

Отношения Кристофера Джонса и Джулии Рейнальдс как и их жизни были весьма нетипичными. Эти двое были знакомы уже довольно давно, однако никто и никогда не мог понять связывали ли их романтические отношения или все же сугубо профессиональные. Их часто замечали болтающими в уютной кофейне недалеко от работы, ужинающими в тесном семейном китайском ресторанчике выше по улице или в шумном пабе с бокалом чего то покрепче в вечер пятницы.

Однако ни один из них ни разу не проявлял видимого сексуального или же любовного интереса в отношении второй персоны, а все их личные встречи происходили только в разгар запутанного полицейского расследования. Как только дело было закрыто, а преступники пойманы, эти ребята могли месяцами не сказать друг другу ни единого слова кроме «Привет».