Распутье

Огромному Славке даже дышать было тесно, но он выругался:

– Суки! К хуям разнесем этих сук! Это кто? Алаев страх потерял?

– Разберемся, успокойся, – попытался утихомирить его Коша, водителю и без крика было сложно – он несся, обгоняя все машины и не замечая светофоров, хотя за нами погони не было. Наверное, нервы сдали.

Как и у меня. Далеко не сразу вся сцена дошла, она всплывала обрывочными кадрами. Я нащупала Сашину руку и сжала, благодаря. Пальцы его мне показались холодными. Но у Ивана действительно лучшие врачи – они приведут его в порядок, а муж еще и финансово компенсирует… Я вздрогнула от нового кадра в голове.

А как можно компенсировать, если человек чуть своей жизнью не пожертвовал, спасая меня? Сколько денег в килограммах стоит такой рефлекс?

Но новый кадр перекрыл предыдущий. Я свой голос не узнавала – он скрипел со звуком рвущейся бумаги:

– А меня-то за что? Отомстить Ване?

Пижон наконец-то взял себя в руки и начал сбавлять скорость. А как только язык обуздал, тоже начал материться:

– Пидорасы, блядь! Баб мочить – это вообще гниль!

– Нет, Лиза, – когда раздался тихий голос Саши, все замолчали.

 – Снять пытались Кошу, он просто среагировал на мое движение.

Коша уже расслабился, если вообще напрягался. Заметил, как будто мы погоду обсуждали:

– Вот и мне так показалось. Никому-то вы не нужны, Елизавета Андреевна, для истерики снова нет повода.

Пижон присвистнул:

– Тогда точно Алаев! Ну ничего, гад огребет. Алексеич с ним устал договариваться, а теперь конец договорам.

Кош, осторожнее в ближайшее время, иначе он тебя достанет.

– Заебется доставать. За дорогой следи, а то прикончишь нас раньше алаевских братков.

Меня колотило, как если бы от холодных пальцев Саши по венам передавался холод и заражал все тело. Новые кадры добавлялись, подкидывая эмоций. Телохранитель – герой, Коша все верно обозначил. А вот сам Коша кто? Он тоже действовал профессионально и рефлекторно, но если разобрать по миллисекундам, то выходило, что он уловил опасность сразу же – и прикрылся Сашей и мной.

Точнее, позволил телохранителю прикрыть и его заодно, когда тот прикрывал меня. Конечно, потом нас всех вытащил и Сашу там не бросил, но определяющей была именно первая секунда – сначала он спасал себя, а уже потом остальных. И его первый вопрос подтверждал, что о жилете он в ту секунду не знал. Многое, очень многое говорит о человеке именно такая первая реакция.