Распутье

– А, ты вон о чем… Забеспокоилась? – Иван посмотрел на Сашу и спросил у него: – Что скажешь, мо?лодец? Поступок я тебе в любом случае не забуду и ущерб компенсирую, не обижу. Но если бы мы принимали решения, когда женщинам нас жалко, то ничего бы не нарешали. Верно, боец?

Он явно уговаривал. Судя по лицу пострадавшего, мои слова ему тоже казались странными – он проявил себя и явно не ожидал такого направления. У него притуплено чувство самосохранения, как у всех, кто меня окружает. Но покоробило другое: как Ваня в очередной раз выставил меня маленькой глупой девочкой, которую должны оберегать сильные мужчины, и уж он точно не хочет отпускать от меня того, кто доказал свою пригодность.

Я преодолела замешательство и проговорила как можно отчетливее:

– Ваня в людях никогда не ошибается, Саш. А у хороших людей должна быть хорошая судьба. Не переживу, если из-за меня погибнет достойный человек. Я-то здесь по своей воле оказалась, винить некого.

– Ну, началось…

На реплику Ивана мы внимания не обратили.

Саша не отвел взгляда и ответил так же твердо:

– Тогда я останусь, Лиза, с вашего позволения. Еще ни разу в карьере я не видел столько смысла в своих усилиях.

Вздохнула и кивнула. В конце концов, мне действительно было бы очень жаль больше никогда его не увидеть – единственного, кого я всерьез видеть рада. Но, глянув на мужа, одернула кисть. Не понравился мне его прищур. Возможно, супруг заметил, как телохранитель ко мне по имени обратился, мягко и будто с подтекстом, или то, что я со своим чувством вины позабыла о сдержанности и схватила постороннего мужчину за руку.

Ничего в наших действиях объективно не должно было вызвать ревности, но я позабыла, что у Ивана все слишком – и такого человека лучше не провоцировать.

Встала, еще раз пожелала здоровья, на что Саша ответил:

– Прошу прощения, Лиза, что пока на курсы возить вас не смогу.

– Да какие сейчас курсы! – Ваня тоже поднялся и направился в мою сторону. – В ближайшее время красавица моя посидит дома. Найдем виноватого – и снова свобода.

Ничего, Лизонька?

Вопрос я посчитала риторическим – как будто если я сейчас возмущаться начну, он передумает. Да Иван меня скорее в комнате запрет и цепями перетянет, чем будет рисковать, а мое мнение в этом вопросе ничего не значит.

В коридоре я замедлила шаг и заговорила тише:

– Вань, ты выглядишь уставшим. Тебе нужно поспать. И на кого ты кричал всю ночь?

– На Кошу, – муж приобнял меня, чмокнул в висок и подтолкнул к своему кабинету.