Элен

Если пришли помогать, то включайтесь в работу. Не мешайтесь. Если у вас другие намерения, то провожать не буду, выход вы найдёте сами, – Анна сильнее прижала посуду с инструментами к себе и, чеканя шаг, пошла в операционную.

Элен посмотрела на Джона, отложила тряпку, укрыла его простынёй и пошла в палаты. В её голове не переставали появляться всё новые и новые вопросы о Джоне. «Как он здесь оказался? Что с ним произошло? Как его вылечить, поднять на ноги? И насколько был прав доктор, говоря о его ранении? И вспомнит ли он её, любит ли, почему и куда исчез?»

Подходя к большой палате, Элен услышала стоны и почувствовала специфический запах гниющей плоти.

Совсем мальчишки, зрелые мужчины и уже старики – все они нуждались в помощи, в заботе и внимании. Она подошла к ближайшему мужчине, который тихо, еле слышно, просил воды, и она напоила его. Напившись, он схватил её за руку и начал орать, что она виновата в его беде.

– Ведьма, сука, что ты тут делаешь? Ты хотела меня отравить! Тебе мало видеть меня прикованным к кровати! Я тебя ненавижу.

Из-за тебя я здесь валяюсь, как тряпка! – он орал и так сильно сжал её руку, что она начала краснеть, и синяка уже было не избежать. Элен облила его остатками воды, пыталась освободиться от него, но у больного была нечеловеческая сила. Она тогда наклонилась максимально близко к его лицу, вглядываясь в его безумные глаза, и начала его гладить свободной рукой. Его хватка стала ослабевать, Элен продолжала гладить и шептать ему, что всё будет хорошо. И, наконец, он совсем отпустил её руку и уснул.

Рядом с ним лежал совсем ребёнок, испуганный мальчуган с перебитым носом. Он ёрзал, лежа на кровати.

– Что тебе нужно, дорогой? Что случилось? – мягко спросила она. Он, стесняясь, протянул к ней руку, давая понять, что ему надо встать. Элен помогла ему, и они пошли в туалет.

– Ты сам справишься или тебе помочь? – спросила Элен на входе, когда он преградил ей путь, показывая, что ей туда не надо заходить.

Он кивнул.

Мальчишка зашёл, она осталась ждать его снаружи, оглядывая огромную палату. Люди с тяжёлыми ранениями помогали тем, кто не мог вставать, измученные и обессиленные, они ухаживали и поддерживали друг друга, с пустыми глазами и благородными сердцами. «Что-то он долго», – подумала Элен и зашла в уборную. Ни в одной кабинке парнишки не было. Пройдясь по душевым, там она его тоже не нашла. Доносился шум со двора.