Эмансипантки

– Да нет! Это только в перерыве наши тусуются, а так обычно пусто, слишком далеко от пассажиропотоков, – блеснула Соля.

Линка глянула неодобрительно на Солю, мол, что это за умничание не по делу.

– Ну как дела? Что у вас новенького, – решила я сменить тему. – Я в субботу выходила, так неохота было после командировки. Эта мода «а ля» Большой Гарри, дневать и ночевать на работе, просто задрала.

– Да я наслышана. Вас нам ставят в пример, мол, люди горят на работе, а вас не загнать, думаю и не загонят, – опять засмеялась Линка.

– Так ваши катигорически не бывают по выходным на работе?

– Во всяком случае сколько здесь работаю не слышала, чтобы кому-то пришла в голову такая шальная мысль. Вообще то у меня к тебе дело.

– На миллион?

– По работе.

– Да, на нашей работе на миллион не бывает, – опять встряла Соля и опять получила неодобрительный взгляд Линки.

– Ладно, я пойду, – сказала Соля и, добродушно помахав ручкой, отчалила в направлении работы.

– Ну и что за дело? – спросила я

– Да это я так, что бы Соля отвалила, – сказала Линка.

– Ты напрасно, она очень даже ничего, умеет язык держать за зубами, да и вообще милая.

– Может быть, может быть… – задумчиво проговорила Лина.

Прогуливаясь, мы прошлись по улицам, которые прилегали к заводу. После того как завод захватил почти все дома, которые его окружали, территория почти что стала заводской. Жилые дома были переоборудованы в заводскую поликлинику, в бухгалтерию, в кабинеты для сотрудников, которые не были заняты в секретном производстве.

В этом была своя прелесть, потому что приход и уход не контролировался проходной. В одном из этих зданий находился и наш отдел множильной техники, в котором работал Толик. Я опять вспомнила Толика.

– Слушай, ты там ближе к начальству, не знаешь, что-то слышно об исчезновении Толика?

– Да вроде бы милиция занимается дальше. Мне Дмитрий Сергеевич как-то говорил, что его расспрашивали, как начальника ОКСа. Да и вашего Германа Анатольевича вызывали.

Перед своим исчезновением Толик заходил в при?мную к Дмитрию Сергеевичу, спрашивал у Мыроси нужно ли записываться на прием или просто можно зайти, чтобы поговорить. Мырося хотела его записать, но он сказал, что придёт в понедельник.

– Говорят, что в пятницу утром он искал и Германа Анатольевича, заглядывал в отдел, но того где-то носило и он сказал, что зайдет позже. Да— а— а— а, дела. Тайна какая то. Просто всё непонятно.

– Его мать, говорят, ходила к гадалке.