Чёрный ферзь и белая ладья

Фортуна нам подскажет… Вот и первая жертва… Подходит официант.

– Девушки, вас приглашает за свой столик вот этот состоятельный интеллигентный мужчина, – произнёс официант, указывая рукой на столик, где одиноко сидел интересный кадр.

– Сейчас, разбежались. Бежим, аж падаем. Пусть сам к нам идёт этот старый пердун, если ему надо, – наотрез отказала Наташа.

Через пару минут представитель сильного пола подошёл к подружкам и подсел к ним. Ситуация раскручивалась, спиртное лилось, дорогие закуски подносились…

– В зале столько много красивых барышень, а вы выбрали нас.

Почему? Мы даже ни на кого не смотрим, не моргаем, не цепляемся? – наивно заметила Лена.

– На вас кожа горит, – признался кавалер.

– На нас? – удивилась Наташа.

– Да, но это видно только взрослым мужчинам. Не каждый осмелится к вам подойти.

– Интересно… же мы смотримся со стороны. Никогда об этом не задумывалась, – озадачилась Наташа.

– А когда тебе задумываться? У тебя ещё всё впереди.

– И то верно, – согласилась она.

Вечер близился к закрытию ресторана, к полуночи. Мэн расплатился за столик и заказал бутылку шампанского с собой.

– Кто из вас едет со мной? – спросил уже изрядно подвыпивший воздыхатель и добавил:

– Выбирайте сами.

Девушки переглянулись.

Наташа ответила на дурняка, первое, что ей взбрело в голову:

– А втроём, что слабо?

– Так даже интереснее, – повёлся он и радостно воскликнул:

– Едем ко мне все вместе!

Они остановились у выхода из ресторана.

Две студентки и мужчина, который их угощал целый вечер, в костюме и галстуке. На самом деле он был хорош собой, успешен и даже красив для своего возраста, любил случай от случая сыграть в рулетку с судьбой. Он хорошо разбирался в женщинах. Считал, что есть три вида красивых женщин: холодные куклы, расчётливые умницы и женщины-экстрим, в которых было всего понемногу, такая гремучая смесь, и с которыми никогда не знаешь наверняка, что будет дальше. Да они и сами не знают, но кажется, что само провидение им помогает. И его тянуло непонятной силой к третьим, и сегодня он их встретил. И решил для себя: что будет, то будет.

Но для восемнадцатилетних девушек всё это было неважным. Он был для них стар и неинтересен. Они верили в бескорыстную любовь, а всё, что покупалось и продавалось, отвергали. Да, они были из таких странных провинциальных юных особ, которые ещё верили в судьбу, случай, удачу, мечту. Каждый из них был прав по-своему.