9 месяцев

Но озвучу это через три года. А может, раньше. Но максимум – через 3 года. Я сделаю это. И я знаю, почему 24 марта и 15 мая я вернула его, игнорировав все оскорбления его, хамовито-циничный тон, который сама же и вызвала. Что-то во мне сегодня произошло. Какой-то скачок. Наверх. Это точно. Возрождение и освобождение. Процесс уже необратимый.

Нет, я вовсе не намерена культивировать в себе зло. И сегодня это просто была волна протеста. Которая подняла меня наверх. Протеста, скорее, против себя, своего поведения, приведшего к своему падению.

25 мая, 8 ч. 45 м.

Все же приятно осознавать, что я могу управлять эмоциями (своими и чужими) и событиями.

Хотя, Ян мне уже давно говорил: «Ты можешь поднять мужчину на такие немыслимые высоты, о каких и мечтать страшно, и точно так же можешь опустить на такое дно… Две секунды».

А Сережа мне говорил: «С тобой, как на вулкане, никогда не знаешь, когда он начнет извергаться…»

Ну что ж. Подытожим, называется.

Что ж, все к тому идет. Я готова, судя по тому, что я начинаю обретать правильную философскую позицию жизни.

Странно, так сильно хочется в Москву. Раньше ездила потому, что надо было; то одно, то другое. А сейчас – и надо, и хочется, и с каждым днем все нестерпимее.

Скорее всего, это просто жажда действия, деятельности, движения.

Даже немного жаль и смешно. Я хотела втиснуться в такую серую, примитивную жизнь Яна.

Я выстрою свою жизнь. Просто офигительную. Я уже начала. Только нужно быть очень аккуратной и внимательной в мыслях, делах.

Терпение и время. Все остальное у меня есть. Не потерять, не разрушить то, что имею. Творить, созидать дальше. Приумножать, а не растрачивать – в плане чувств. И денег тоже. И всех остальных ценностей, естественно.

Я – менеджер, имиджмейкер своей жизни. Я – управляю собой.

26 мая, 20 ч.

Только что уехал Ян.

Я продвигаюсь в своем развитии семимильными шагами.

Он уехал. А у меня нет тоскливого чувства одиночества, оставленной, ненужной, как было раньше. Ни гнева, ни отчаяния. Ни сломленности. И самое главное – никакого усилия, насилия над собой, чтобы переключиться. Просто нет, и все.

К Яну прорывается какая-то теплая волна нежности, как к ребенку. И кажется, что я его понимаю больше, чем он себя. Я вижу то, чего не видит он.