Африка без сафари. Рассказы очевидца

– Я тебе что, самоубийца? Лучше пойду по деревне пройдусь.

Человек схватил свой почти штурвал и вдогонку. Обернувшись, возмутилась:

– А вот загребающую лопасть Вас попрошу оставить. Не хватало мне «Американской трагедии»!

С трудом надела свой новый «пакетный» плащ, который склеился после просушки, и потопала завтракать в уже знакомое место, а парень туда же. Это возмутительно! Он не отступал ни на минуту.

– Никуда не поплыву, боюсь, отстань от меня!

А он своё твердит:

– Надо плыть.

После завтрака вышла оценить обстановку, может и вправду надо плыть? А надоеда уже впереди меня бежит.

От него и спрятаться негде! Чёрное небо изрыгало дождевые фонтаны, передо мной лежала туманная гладь и противно мельтешил прилипала, он не отставал ни на шаг. Вот тоска!

Я была уверена, что в этих глубинах водится рыбка, которую ловят любители рыбаки. Их челны то появлялись среди свинцового волнения, то исчезали из вида и вновь всплывали в зловещей дали. Рыболовы вычерпывали лодки, совсем не успевая за ливневой атакой, и гребли к берегу.

Ситуацию наблюдала, укрывшись в беседке с хлипким кровом.

Штормовое озеро

Преследователь, наконец-то, осознал, что все его поползновения бесполезны. Подойдя ко мне, извинился и произнёс:

– Мисс, сегодня действительно невозможно. Вы правы. Отложим эту авантюру.

Моей радости не было предела. Схватив его руку, стала крепко трясти и жать, говоря бесконечное спасибо. Возвращалась в номер хоть и вымокшая, но счастливая. В своём домике развесила на просушку дождевик и кожаные сандалии.

Ненастье не позволяло предпринять что-то полезное, а лучшее, что могла придумать, это смотреть свои фотографии. Благо, лампочка зажглась под потолком. Ко мне присоединился сотрудник и постоялец лоджа, который, как успела заметить, был щёголем. Других посетителей не проживало.

Я высказала мысль, что после разливов из леса будет не выехать, все речки поднимут свой уровень, а когда его сбросят – неизвестно. Выход отсюда только один, но уже по дороге сюда везде были сплошные затопления.

Постоялец по имени Элли из танзанийцев. Он пытался меня разуверить, что в Матему ходит большой автобус, а это сильно. Хотелось бы верить. Но в десять утра придётся поспешить из зоны бедствия. Мне не везло. На Виктории попала в стихию и вот повторилось всё снова.

По металлическому покрытию гулко барабанило, нарушая без того зыбкий сон. А с едва пришедшим проблеском дня раздался стук в дверь:

– Мисс, вставайте, уезжаем.