Дом, в котором нет никаких подвалов

Я сделал все, что должен был», – сказал он себе и выдохнул, но нервозность не проходила.

Летти вдруг взяла его за руку. Он наткнулся на ее поддерживающий взгляд, и почувствовал, как плавится, обугливается его шкура: она снова была с ним, как когда-то.

Летти сказала:

– Все хорошо.

Они вошли в магазин. Белый пол, покрытый неровной плиткой, компенсировал свою неказистость сверкающей чистотой. На плоских белых вешалках висела одежда, которая даже не старалась казаться лучше, чем есть – и так купят.

– Миссис Финч, добрый день. Познакомьтесь, это мой брат, Ланселот Самерсен, – сказала Летти в десятый раз за это утро, – он вернулся из Калифорнии. Там совсем другой климат. Ему бы подобрать что-то по погоде на первое время…

Миссис Финч – подтянутая, стройная женщина с сухим лицом и резко очерченными губами, начала расспрашивать Ланса про размеры, но Летти, словно чувствуя, что разговоры ему в тягость, умело перехватывала все вопросы.

– Какая тебе больше нравится?

Перед ним на прилавке легли две рубашки: светло-голубая из льна и более строгая зелёная, из хлопка. Ланс замер. Выбор – то, чего он был лишен очень долгое время. Рубашки не значили ничего, но сама возможность решить – стоила всего. Он хотел продлить это мгновение, оставить вопрос повисеть, дать себе время насладиться тем, что остальные ждут его ответа, но Летти истолковала его молчание по-своему и дипломатично сказала:

– Мы возьмем обе.

Когда они вышли из магазина с пакетами в руках, Летти обернулась к нему и сказала нежно:

– Я понимаю, тяжело. Я помню – эту растерянность, эту свободу. Ничего, ты привыкнешь. Я же привыкла. Я тебе помогу.

Растроганный, Ланс шагнул к ней, перебросив пакеты на запястье, притянул к себе, обнял за плечи, сгорбился, уткнулся лицом в ее шею. Утренний золотой свет проходил через них, как если бы они были призраками.

Когда он оторвался от нее, она слабо сказала:

– Не делай так больше. Люди смотрят.

Когда Ланс вкрутил лампочку в ванной, первое, что он увидел, когда слез с табуретки – стакан для щетки и зубного порошка. В стакане стояли две щетки. На мгновение ему показалось, что вторая щетка – маленькая, но она просто была светлее, и в полумраке сливалась с белым фаянсом раковины.