Желтый бриллиант

Мама очень за него волнуется, и я взялась завезти пакет на кафедру, а там никого нет. Извините, я Вам помешала. Я немного опоздала, засиделась в «Иностранке». Там попалась очень интересная статья, надо было выписать все важные аргументы, абсолютно по теме моей диссертации, а потом – скользко, я медленно ехала.

Николай машинально спросил:

– На чем?

– На машине. Так Вы смогли бы передать пакет?

– Теперь только в понедельник, – автоматически ответил Николай.

И вдруг он все вспомнил. Душный июнь, банкет, нелепая девочка Таня, ее отец, генерал, похожий на монстра.

Мать – просто Императрица Екатерина, взволнованный Семен Семенович. Первый раз в жизни Николая подвела его фотографическая память. Он помолчал. Отпираться было смешно и бессмысленно.

– Таня, а я Вас не узнал.

Таня грустно улыбнулась.

– Да и узнавать-то нечего.

Николай не стал продолжать эту тему.

– Хотите чая или кофе? У меня есть индийский, растворимый.

– Ой, спасибо, этой кофейной бурды я в Америке напилась, на всю жизнь!

– Таня, Вы снимите шубку.

Николай, наконец, встал. Полчаса он, здоровый мужик, сиднем сидел, а хрупкая девушка стояла перед ним и десять раз извинялась. Он подошел к Тане, вежливо взял шубку и шарфик, повесил в стенной шкаф. Перед ним оказалась идеально стройная красавица. На ней было короткое кашемировое платье с высокой стойкой воротника густого зеленого цвета, обтягивающее фигуру. В Европе такая девушка называется «топ-модель». В Советском Союзе – никак не называется. Николай повернул голову набок и долго рассматривал девушку.

Наконец, он включил белый пластмассовый кипятильник, похожий на большой кофейник. Вода в нем закипела за минуту. Кипятильник куплен в Швейцарии. Сотрудницы ближайших кафедр приходили посмотреть на это «заморское чудо техники». Николай заварил чай. Светочка перед «убеганием» домой принесла чистый заварочный чайник, две чашки и печенье.

– А зачем две чашки, – поинтересовался начальник.

– А вдруг придут гости, – как всегда, не думая, ехидно ответила Светочка.

Таня сидела на дальнем от стола стуле. Николай накрыл стол.

– Что так далеко, садитесь ближе.

Таня послушно пересела. При виде горячего чая, печенья «Глаголики» и даже шоколадки, у нее загорелись глаза. Таня действительно очень хотела чая, а еще лучше бы вкусно поужинать. Она кивнула на кипятильник.

– Удобная штука, у меня такой в общежитии был. Николай не понял.

– Вы же вроде с родителями живете, с мамой, папой и бабушкой.