Хищник. Детектив

Когда ей принесли в палату сына, молодая мама даже вздрогнула от неожиданности: мальчик напомнил её первую любовь – Виктора Танкова, с которым они «крутили любовь» в выпускном классе, и даже пару раз кувыркались на сеновале. Но жизнь их вскоре развела по разным сторонам, слава Богу, не оставив никаких видимых последствий.

Вадим Фёдоров, конечно, был не чета Витьке Танкову. Танков – бестия с ангельским лицом, был высоким блондином с длинными волнистыми волосами, весьма спортивным.

А главное у него были глаза, какого-то невероятно-серебристого цвета. Его даже одноклассницы между собой иначе, как серебряноглазым, не называли. У Николеньки были именно такие глаза. Да и волосики вились золотисто-белыми завитками.

Вадим же Львович – среднего роста, немного полноватый, с лёгкими залысинами, которые делали его высокий лоб ещё больше, придавая лицу умный вид. Вот и все, пожалуй, внешние достоинства Вадика. В остальном: мелкие черты лица, нос пуговкой, глаза почти шоколадного цвета и тёмные, начинающие редеть, волосы.

Достоинства Фёдорова были иные: он умел извлечь выгоду из всего, что встречал на своём пути, легко обеспечивая безбедное существование своей семьи, ведь Зоенька после рождения ребёнка вынуждена была сидеть дома – воспитывать сына и «ублажать» мужа, делая его жизнь лёгкой и комфортной.

Собственно, по этому поводу Вадим Львович не заморачивался: он мог бы обеспечит ещё две такие семьи.

Злые языки поговаривали, что он так и делает. Доказать только не могли.

Зоенька Петровна на все предостережения «подруг» отвечала благодушной улыбкой:

– Не бойся, милая, за Львовича – не сотрётся! Нам с Николенькой главное, чтобы папочка деньги нёс в дом, а куда он «пар» спускает – нам без надобности!

Любила ли она мужа? Зоя и сама не знала. А вот сына обожала со щенячьей преданностью. Могла часами расчёсывать и гладить его кудри, целовать каждый пальчик на его пухленьких ручках, награждая всевозможными ласковыми словами.

– Ангелочек мой золотоволосый! Пупсик серебряноглазый! Радость моя… Счастье всей моей жизни…

Муж неоднократно предостерегал её, что балует она через-чур сына, что до добра это не доведёт.

– Ну, не тебя же мне баловать! – смеялась в ответ Зоенька Петровна. – У тебя и без меня, как я слышала баловниц хватает…

Мальчик Николенька рос в неге и холе.