Любовь на все времена. Часть 1

– Спасибо скажешь, когда у тебя в руке будет ведро с водой! – задорно засмеялась девчонка, и Сергей решил, что она невероятно красива: светло карие глаза в тёмных точках-звёздочках, ямочки на щеках, пухлые губы, поминутно расплывающиеся в обалденной улыбке и, в дополнение глазам светлые, со странным отливом серебра, волосы, заплетённые в длинную косу, змеей спускающуюся по спине вниз. А ещё простое, безманерное, поведение, присущее обычно девчонкам её возраста.

Они вместе поднялись на мансарду, Сергей вынес ведро и передал его Варе.

Вместе спустились на второй этаж и девочка, буквально через пару минут, вынесла ему полное ведро воды, но решив, видимо, что на этом её помощь не окончена, вновь поднялась с ним на самый верх, поясняя на ходу, что вода в мансарду поднимается только ночью.

– Вам обязательно нужен бак для воды, чтобы запасать воду на весь день. Из колонки не наносишься.

Сергей хотел поблагодарить девчонку и попрощаться с ней, но та помогла ему открыть дверь и шагнула в комнату вслед за ним.

Её глазам открылась неприглядная картина: у стены, где раньше находилась печь – беспорядочная груда камней, кирпичная крошка и пыль слоем вокруг.

В противоположном конце, довольно большой комнаты, стояла металлическая кровать с тонким матрасом и такой же подушкой, на которых лежала маленькая, лет трёх-четырёх, девочка. Рядом с кроватью, на стуле, сидела стройная, очень милая женщина с бледным лицом, в тёмном платье.

Старая ширма, некогда красочная, разрисованная павлинами в райском саду, стояла чуть поодаль. Она осталась от бывших соседей: переезжая в новое жильё те не захотели тащить с собой «этот хлам». Больше в комнате не было ничего.

– Я сейчас! – сказала девочка, и торопливо исчезла из комнаты.

– Мама! – позвал Сергей, – я принёс воды.

– Сейчас-сейчас, сынок, – очнулась женщина.

– Я помогу тебе! – отозвался Сергей.

– Нет-нет, Серёжа! – возразила Нина Фёдоровна. – Ты лучше посиди с Таечкой. Что-то она сегодня мне не нравится…

Нина Фёдоровна достала из сумки повседневное платье и зашла за ширму, чтобы переодеться.

Едва она успела сменить одежду, как мансарда наполнилась звуками, словно в ней заговорили около десятка голосов.