Я выбираю любовь. Любовный роман

 – Мужик он, или как? Что вырастет из такого, когда ему мама до сих пор сопельки вытирает?

Ну это она, конечно, гиперболизирует. Хотя сыну только девять, он у меня мальчик самостоятельный – весь в свою бабушку: такой же категоричный и ершистый.

Марина, с которой мы вместе работали в Наманганском городском отделе статистики, когда услышала, куда я собралась, тотчас же заявила:

– Я с тобой!

Жалко мне девчонку – хорошая она: весёлая, открытая, простая. Даже не верится, что в неблагополучной семье выросла.

Нет в ней того двойного дна, который наслаивается при такой-то жизни. Отец Марины год назад сгорел от пьянки. Грешно так говорить, но вырывается поневоле: -«Царство небесное, вечный упокой – кровопийца был такой».

Доставалось от него девчонке и в дело, и без дела. Частенько она на работу в синяках приходила. Да и младшему её братишке Сергею влетало за компанию. Мать Марины от такой жизни стала злой, желчной, всем и всегда недовольной. Не жизнь, а «сплошное кино ужасов» – по выражению Марины.

Как не сбежишь от всего этого?

– А, как же Серёжка? – поинтересовалась я тогда. – Как он без тебя?

Маринка нахмурилась, но ответила твёрдо:

– Как только обустроюсь, сразу Серого заберу!

О матери – ни слова… Отказать ей я не посмела.

А вот они и минусы пошли, о которых я догадывалась: на работу приходится ездить во Владивосток. Дорога в один конец отнимает около полутора часов и вставать приходится в шесть утра. Мне-то привычно, а вот с Мариной целая канитель.

Каждое утро одно и тоже:

– Соня-засоня, вставай!

В ответ:

– Угу… Сейчас.

И тишина. Через пять минут:

– Подъём, а то – побъём!

И на её угу:

– Всё пошла за чайником: сейчас поливать буду наш «цветочек лазоревый», чтобы спать во время ложился!

– Только попробуй! – выдаёт «цветочек лазоревый», соскакивая с кровати и направляясь в душ.

Уже зима: светает поздно, темнеет рано. Из дома уезжаем ещё темно – возвращаемся уже темно. Сегодня я возвращаюсь одна: Маринка осталась у своей подружки Верочки, с которой сдружилась уже здесь.

Моя юная подруга человек лёгкий, бесконфликтный, как теперь говорят – коммуникабельный. Мне повезло с ней: девушка способна расшевелить любого «меланхолика», коим являюсь я, по словам опять-таки моей мамы. Подозреваю, что мама меня специально «спровадила» из дома, чтобы я «пообтесалась».

В автобусе народу почти битком – он последний на сегодня. Еле успела: можно сказать, почти на ходу запрыгнула.