Песнь Нижних земель

Тот был заставлен пачками аккуратно сложенных документов: писем, указаний, смет и купчих, земельной документацией и прошениями о застройке, официальной перепиской и административными поручениями. Огромная приемная Дома управителя, спроектированная, как и другие государственные помещения и здания Империи, специально под размеры представителей асиров, была чиста и скромна на предметы роскоши. Так было заведено в Империи давно. А что заведено и предусмотрено – то соблюдается. В огромном пространстве помещения и Бабум, и его масштабный стол казались ничтожно маленькими, к чему он никак не мог привыкнуть за пятнадцать лет своей службы.

Со многим не мог свыкнуться Бабум, несмотря на то что он, как и его отец, как и отец его отца, и многие предки, родился и вырос в великой Империи Асир. Он не мог привыкнуть к размеру зданий и входных дверей – масштабы его родины и ее архитектуры никак не хотели укладываться у него в голове. Он не мог привыкнуть к холоду, что столетиями окружал всю пустыню.

«И откуда он взялся, этот вечный холод? В пустыне-то!» – Бабум шмыгнул носом, крепче кутаясь в шерстяную накидку.

Он не мог привыкнуть к тому, как теперь живет его народ, как истово он верен Асиру и его жителям, как равняется на него во всем, хотя это и стало традицией так давно, что и летописи Хашима не ответят, когда их славный край примкнул к Империи.

«Мы – нация жестоких солдат, хитрых купцов и отпетых головорезов. Но каждый хашимец за Империю горой! «Смерть за Асир и асиров – высшая честь», говаривал отец…» – так думал он, всматриваясь в полотно на огромной стене, поглаживая длинную курчавую бороду, уложенную на асирский манер.

Он не понимал Белых Львов – великих и грозных существ, что помогли асирам стать теми, кем они стали. Помогли небольшой воинственной стране объединить под своим правлением все Нижние земли – от суровых подножий Пасти до дальнего знойного юга. Бабум не понимал, но боялся и уважал Четверых, ведь был уверен в их существовании где-то в центре Империи, в гигантских дворцах титанических городов Асира.

«Вера слаба. Лишь знание и воля выковывают мир. Прости меня, Ашшура, Владыка владык. Храни меня, Аки, от козней спутанной мысли!» – погружаясь в думы, сам того не заметив, он переместил руку на маленькую белую фигурку, искусно изображающую льва с короной в форме башни и с длинной бородой.

Но более всего не понимал управитель самих асиров – высоких, крепких, словно высеченных из камня.