Фейтфул-Плейс

Каждое Рождество ма лопалась от злости, не получив от тебя открытку, но…

Но в восьмидесятые у молодежи было три главных карьерных пути: эмиграция, папочкина фирма и пособие по безработице. Ма не могла не понимать, что хоть кто-то из нас да возьмет билет в один конец.

– А она не думала, что я подох в канаве?

Кевин хрюкнул:

– Не. Говорила, мол, кто-кто, а наш Фрэнсис не пропадет. Копам мы не звонили, в розыск тебя не объявляли, но не потому что… Ну, не потому что нам пофиг было. Просто мы решили… – Диван качнулся, когда он пожал плечами.

– Что мы с Рози сбежали вместе?

– Ага. В смысле, все же знали, что вы без ума друг от друга, сечешь? И знали, что про это думает мистер Дейли. Картина-то стройная, а?

– Да, – сказал я. – Логично.

– Плюс еще записка эта. От нее-то миссис Дейли, по-моему, с цепи и сорвалась. Кто-то болтался в доме шестнадцать и записку нашел. Вроде как от Рози. Не знаю, рассказывала тебе Джеки или нет…

– Я читал, – сказал я.

Кевин приподнял голову:

– Да ладно? Ты ее видел?

– Ага.

Он помолчал, но подробностей так и не дождался.

– Когда же?.. То есть перед тем, как Рози ее там оставила? Она тебе показала?

– Нет, после. Той ночью.

– Не пойму, она тебе, что ли, ее написала? Не родителям?

– Так мне тогда показалось. Мы договорились ночью встретиться, Рози не пришла, я нашел записку. Вот и подумал, что она для меня.

Когда до меня наконец дошло, что она не шутила и действительно не придет, потому что уже уехала, я закинул рюкзак за спину и пошел.

Понедельник, утро, светает; в заиндевелом городе никого, кроме меня, дворника да нескольких усталых рабочих, возвращающихся после ночной смены в ледяной полутьме. Часы на Тринити показывали, что из Дан-Лири уже отходит первый паром.

Я обосновался в сквоте рядом с Бэггот-стрит, где гнездилась кучка вонючих обкуренных рокеров с основательным запасом гаша и бельмоглазый дворняга по кличке Кит Мун. Раньше я вроде как пересекался с этими парнями на концертах, и они решили, будто сами же и пригласили меня пожить у них.

У одного из рокеров была невонючая сестра с квартирой в Ренеле, которая разрешала тем, кто ей нравился, указывать свой адрес в заявлении на пособие. Я ей, как выяснилось, больше чем нравился, так что, вписав ее адрес в свое заявление в полицейский колледж, я почти не соврал. К счастью, меня взяли и я вовремя срулил учиться в Темплмор, а то она уже начала подбивать клинья на предмет женитьбы.