Фейтфул-Плейс

Я почувствовал на себе вопросительный взгляд Кевина, но брат сдержался и заметил только:

– Для перепихона полно мест поудобнее.

– У нас был плед. И вообще удобство – не главное. Я бы не променял этот притон на пятизвездочный пентхаус.

Кевин поежился:

– Господи, унылое местечко.

– Считай, что это атмосфера. Путешествие по закоулкам памяти.

– В задницу такие путешествия. А от закоулков памяти я стараюсь держаться подальше. Слышал, как Дейли в восьмидесятые воскресные вечера коротали? Тоска смертная: месса, а потом поганый воскресный ужин – наверняка вареный окорок, запеченная картошка и капуста!

– Сладкое не забудь.

 – Я провел лучом фонарика по половицам: несколько небольших дыр, несколько расщепленных досок, никаких следов ремонта – да тут любое новье торчало бы, как шпала в огороде. – Всегдашний порошковый мусс “Ангельская благодать”. На вкус как мел с клубникой, но посмей только не съесть – “В Африке дети голодают!”.

– Ага. А потом целый день нечем заняться, мерзнешь зазря на углу или в кино завалишься, а иначе сиди с предками.

По телику ничего, кроме очередной проповеди отца Пустосвята о том, что от контрацепции слепнут, да и то приходилось часами проклятую антенну крутить, пока сигнал поймаешь… Клянусь, иногда к вечеру воскресенья я так изнывал от скуки, что школа раем казалась.

На месте камина пустота, в дымоходе птичье гнездо сверху и многолетние подтеки белого помета. В узкий дымоход и чемодан-то насилу влезал – втиснуть туда тело взрослой женщины невозможно было даже на время.

– Зря ты, братишка, брезговал этим местом, – сказал я. – Тут вся движуха кипела – секс, наркотики, рок-н-ролл.

– Пока я дорос до движухи, здесь уже никто не собирался, одни крысы шныряли.

– Куда же без них! Они добавляли атмосферы. Пошли. – Я направился в следующую комнату, Кевин – за мной.

– Микробов они добавляли! Ты уже слинял, а тут кто-то ядом полы посыпал – Псих Джонни, видать, у него пунктик был насчет крыс из-за окопного прошлого или еще почему… В общем, несколько крыс забрались в стены и подохли – ей-богу, вонь стояла хуже, чем в свинарнике.

Мы бы от тифа загнулись.

– По мне, так нормально пахнет. – Я снова обвел фонариком все вокруг, начиная подозревать, что гоняюсь за химерами. Одна ночь с родственничками – и привет, первые симптомы фамильного безумия.

– Ну да, выветрилась помаленьку.