Противоположность

Она всегда выходит на балкон, поорать на Димаса. К её сожалению, у Димы очень хорошая стереосистема и бронированная тачка, так что старушке никак не удаётся докричаться до нарушителя спокойствия.

– Пошли быстрее, а то Димку соседи убьют.

– Ага, твоего Димку, да убьют! – хмыкнула я.

Димкин папаша – генерал. Это знают уже все в нашем доме, потому, слыша звуки музыки во дворе, просто прячут голову под подушку.

Мы с подругой уселись в тачку, причём Вероника – на заднее сидение, помня, что меня на заднем укачивает.

– Дароф! – поприветствовал нас Димка.

Вероника принялась весело щебетать и мой мозг отключился, будто при цыганском гипнозе. Димас же весело смеялся и поддерживал разговор. Вообще, он напоминал чем-то Иглесиаса. Только без родинки. Такой же высокий, статный и очень богатый. Единственным его минусом было заикание. И то – если бы Вероника не сказала мне об этом, в жизни бы не заметила. Димас заикался только с незнакомыми людьми. Когда привыкал к человеку, этот недостаток исчезал, как само собой разумеющееся.

Зато он был прикольным перцем. В общем, нормальный такой Димас и моей соседке с ним очень повезло. Хотя бы потому, что он подкидывал ей деньжат на оплату хаты. Мне же подкидывали деньжат предки.

Выехав со двора, парень включил мигалку и сирену. Нам уступали дорогу и Димка, игнорируя светофоры, довольно быстро подвёз меня к университету.

По-крутому: прямо к крыльцу!

Я вышла из чёрной блестящей машины, а Вероника, не выходя, перебралась на переднее сидение.

– До вечера! – бросила я и захлопнула дверцу.

Сзади послышался свист:

– Вау! Какие люди и на Порше!

Я сделала вид, что глухая и постаралась проскользнуть мимо.

– Что, уже хахали до универа подвозят? – съязвил Витя, постаравшись зацепить.

– Да, подвозят. Не тебя же им подвозить.

– Что-то ты вялая. Ночка не очень?

– Наоборот! Очень не хотелось просыпаться, – созналась я.

– Это ещё почему?! – нахмурился Витюша, а я плелась по лестнице, – эй, я вообще-то с тобой разговариваю.

– Ну а я с тобой НЕ разговариваю! – вздохнула я без интереса. Ругаться, как и вести беседы с этим имбицилом, не хотелось.

– Почему? – удивился Витюша так искренне, что я заподозрила: парень берёт уроки актёрского мастерства.

– Потому что ты грубый и невоспитанный! Понятно тебе? Всё! Отвяжись!

Я ускорила шаг, вошла в аудиторию, плюхнулась рядом с Сашкой, буркнула ей: «Привет!». И выдохнула.

У Великой завибрировал телефон.