Двадцать одна ночь. Эль Камино

– Все было нормально до сегодняшнего дня, – пролепетала она.

Она чувствовала его напрягшиеся железные мускулы под одеждой, его привычный запах, частый стук сердца, шумное дыхание. Как она любила его, всего, своего Габриэля, как хотела запустить руки под его футболку, почувствовать его кожу под своими пальцами. Она прижалась носом к его груди. Сможет ли она когда-то преодолеть эти чувства и начать жить своей жизнью без него? Ведь она всю жизнь думала, что ее жизнь и есть Габриэль.

Инма зарыдала: от пережитого страха и от того, что Габи так близко от нее.

– Инма, нам надо обратиться в полицию и заявить о случившемся.

– Нет! – вдруг с отчаянием закричала Малика из угла, куда она по привычке забилась. – Это моя семья, мои братья и жених! Я не могу! Они не простят меня за это.

Инма с недоверием посмотрела на нее, утирая слезы. Каких-то пару часов назад они обсуждали женщин, которые терпят домашнее насилие годами и никому не сообщают о нем.

Вот тебе и будущий юрист, который на поверку готов терпеть и покрывать насилие в своей семье! Малика так съежилась под взглядом Инмы, что казалось, она вот-вот совсем исчезнет или провалится к соседям снизу.

– Малика, ты выбрала убежать из дома и учиться на юриста, потому что хотела изменить свою жизнь. Если ты заявишь в полицию, то получишь orden de aliejamiento – запрет на приближение. Иначе велик риск, что тебя опять попытаются силой вернуть домой, и, возможно, вторая попытка будет более успешной.

Ты же юрист, ты должна это знать! Ведь именно так ты будешь советовать поступать другим женщинам, когда получишь диплом, правда?

– Ты не понимаешь, – пробормотала Малика, – они все отвернутся от меня. Мама, отец. Вся семья.

– У тебя есть я, – Инма села рядом с ней и дотронулась до ее руки. – Пора начинать новую жизнь. А после того, как мы съездим в полицейский участок, мы съедим торт (если от него, конечно, что-то осталось) и отвезем тебя в общежитие.

Они так и сделали, и Инма держала Малику за руку в полицейском участке. Торт был безнадежно испорчен, поэтому они все вместе перекусили в ресторане ливанской кухни, а потом, проводив Малику в общежитие, Габриэль с Инмой решили пропустить по бокальчику (с их мусульманской подругой разговоры об алкоголе они даже не заводили) в центре города.