Кровавая плата

– И у создания, которое поднимается из могилы, не должно быть проблем с перемещением под землей.

Заложив страницу старым счетом за телефон, она тяжело поднялась из офисного кресла и включила телевизор: ей внезапно понадобилось, чтобы в квартире стало не так тихо.

– С ума сойти, – пробормотала она, вновь открывая книгу.

Вики мерила шагами комнату и читала. Фантастика и реальность переплетались слишком тесно, чтобы сидеть спокойно.

Оставшаяся часть статьи перечисляла различные способы борьбы с созданиями – от осиновых колов до горчичных семян и распятия, – в подробностях описывая использование колов, обезглавливание и сжигание.

Вики дала тоненькому томику закрыться и выглянула в окно. Несмотря на то что фонарь горел всего в трех метрах от ее квартиры, она отчетливо ощущала темноту, наползающую на стекло. Учитывая, что речь шла о существе из легенды, методы борьбы с ним воспринимались очень серьезно.

* * *

На тротуаре позади полицейского заграждения возле четвертого места преступления что-то ползало.

– Ничего, – пробормотал Генри себе под нос, поднимаясь. – Но что-то же должно быть.

Ребенок из его рода мог скрыть следы от людей, но не от себе подобных. Генри поднял голову и принюхался к ветру. Кошка – нет, две кошки охотились, еще до наступления утра пойдет дождь, и…

Он нахмурился, брови сошлись на переносице. И что? Он знал запах смерти во всех его проявлениях, но поверх остаточного запаха от утреннего убийства в воздухе витали миазмы чего-то более древнего, более отвратительного, почти знакомого.

Генри перебирал в памяти свои четыреста пятьдесят лет. Где-то там…

Он не заметил приближение полицейской машины. Свет прожектора ударил по нему, прежде чем он двинулся с места.

– Святые угодники! Ты это видела?

– Что?

Констебль вспомогательной полиции Войтович вперилась в широкий круг света за окном, отбрасываемый прожектором на крыше медленно движущейся машины.

– Я не знаю. – Констебль Харпер наклонился вперед над рулем и выглянул из-за напарницы. – Могу поклясться, что видел человека за ограждением, когда включил прожектор.

Войтович фыркнула.

– Тогда мы бы его до сих пор видели. – Она махнула рукой, указывая на пейзаж за окном. – Здесь негде прятаться.

«Здесь» включало в себя тротуар, полицейское заграждение и широкую, утопающую в грязи лужайку.