12 часов

Эрик все же отошел, и моя голубка, не колеблясь ни минуты рванула ко мне, прячась за мою спину, прижимаясь к ней и содрогаясь всем телом.

– Твою мать, Джеймс! И ТЫ туда же?! Черт бы тебя побрал! Уже надо диагноз твоим именем называть, сука, синдром Кларк!

Он заржал в голос и двинулся мне навстречу.

– Не понимаю, о чем ты! – резко отрезал я.

– Еще как понимаешь, урод! Ты влюбился в нее, гребаный ты козел! Иначе хер бы ты вернулся! ОТОЙДИ ОТ НЕЕ! ОНА МОЯ!!!

Я чувствовал, как маленькая мышка вцепилась в мою футболку, сжала изо всех своих девичьих сил и шепотом повторяла вновь и вновь.

– Не отдавай… не отдавай… пожалуйста…

– Бл@дь! Всего двенадцать часов! ДВЕНАДЦАТЬ! Серьезно?! Я тебя на цепь посажу, подстилка! УАЙЛД, ОТОЙДИ Я СКАЗАЛ!!! – одержимый маньяк затрясся от ненависти и злости.

Я мягко повернулся и аккуратно разжал трясущиеся маленькие кулачки, освобождая свою одежду. Я нагнулся к ней, и прошептал, обнимая ее за плечи.

– Подожди меня у лифта.

И она выскользнула в пустой дверной проем. После того как мы остались с ублюдком наедине, я размял шею и рявкнул.

– Я разрываю контракт!

Бам! Бам! И наш супергерой на полу сладко спит.

«Сейчас рухну рядом с ним, надо домой.»

Я забрал сумочку девушки и вышел к лифту, где сидела на полу еле живая малышка. Я молча поднял ее на руки и отнес в автомобиль, прижимая как можно крепче шмыгающий едва не униженный комочек. Переживая вторую бессонную ночь, я из последних сил жал на газ, посматривая на вздрагивающую и покашливающую во сне пассажирку, иногда проверяя дыхание.

«Мне нужно на свежий воздух…» – подумал я, и повернул в сторону шоссе на развязку.

Глава 6. День первый

Мелиса.

Я проснулась в мягкой теплой постели гигантской неохватной взглядом кровати. Огромные скрещенные деревянные балки высоченных потолков заставили почувствовать меня лилипутом в доме великана. Смолистый запах хвои навязчиво пощипывал нос, заставляя его сморщиться.

Сев и оглядев просторную светлейшую комнату с панорамными окнами с видом на густой еловый лес, я поняла, что снова не имею ни малейшего понятия, где я и с кем. Мышцы немного побаливали от вчерашней потасовки. Я дотронулась до щеки и поморщилась.

«Я не могу поверить, что он ударил меня.»

Я посмотрела на свои ноги, они были все в синяках и мелких ссадинах. На бедре красовался обработанный глубокий порез.