12 часов

И что же нам делать?

Я не мог думать ни о чем, кроме как о ее черном омуте, который поглощал мою волю и затягивал на дно в свою пучину, заставляя меня оступиться.

«Я просто НЕ МОГУ оторваться от нее. Я вот-вот сорвусь в эту бездну.»

– Давай вместе. На счет три? – предложила малая.

– Давай… – не задумываясь согласился я, и она начала отсчет.

– Раз…

И я накрыл ее горячую улыбку, забираясь под ее спину, прижимая крепко к себе. Она тихо застонала мне в губы и подалась навстречу, приоткрывая их. Я поймал этот момент и отстранился, ловя ее ярость.

Строптивица снова проникла в мою новую прическу и, сжав маленькие кулачки, рванула меня к себе, врываясь в мой рот и больно кусая за нижнюю губу, снова оттягивая наш первый поцелуй.

«Ммм… дикая…» – мои легкие схлопнулись, когда раскрасневшаяся девушка прошептала.

– Джеймс, я в тебе теряю душу…

– Иди ко мне ближе, малышка… я сберегу ее… для себя…

И мы жадно впились друг в друга на этот раз без остановки и без игр. Она разгоралась в моих объятиях и вспыхивала словно спичка, сгорая дотла… а я растворялся в ней, забыв обо всем на свете.

Этот поцелуй навсегда запечатал мою связь с ней, и я больше ни дня не хотел существовать, я хотел жить и дышать ею одной.

«Ты подписал себе смертный приговор, Джеймс…»

Глава 8. Джентльмен

Джеймс.

Наступил понедельник, и, оставив сладко спящей красавице записку, рано утром я отправился на работу. Все присутствующие в небольшом оупенспейсе таращились на меня, словно я – призрак.

А я шел мимо, никого не замечая, и не мог скрыть улыбки. Я любил свою работу, особенно свой огромный кабинет с кирпичными декоративными стенами, где был готов обитать едва ли не 24/7 своей жизни, засыпая на своем гигантском стеганом кожаном диване. Ко мне заскочил мой лучший друг, который тут же помчался за мной, чувствуя неладное. Он выглядел озадаченным и даже обеспокоенным, и я понимал почему, но совершенно невозмутимо спросил.

– Сэм? Я тебя слушаю.

– Здорово, Гриф. Новая прическа?

– Ты по делу? Говори быстрее, я скоро уеду.

– Ты же только что приехал…

Друг вытаращился на меня в изумлении, и у него был на это повод, ведь я проводил на работе по двенадцать часов, шесть дней в неделю.

– У меня дела, – коротко отрезал я, получая в ответ то, что совершенно не ожидал сегодня услышать.

– А твои дела не связаны с пятью миллионами, которые мы получили сегодня утром от Мура?

«Вот же сучий сын! Все-таки перевел.»

– Отправь их обратно.