12 часов

«Он поцеловал меня…»

Я пару раз подпрыгнула в кровати и глупо захихикала, все еще ощущая его тепло на своих губах, которые горели от желания продолжить и не останавливаться. Вчера неприступный волчонок уснул со мной в объятиях, даже не раздевшись… он просто отключился во время какого-то тихого разговора, ослабляя руки, скатывающиеся по моим плечам.

«Такой милый и скромный… интересно, что скрывается за его неторопливостью.»

Надо было вставать. Не хотя я вылезла из-под одеяла и разобрала накупленный пакет для меня.

Очень заботливый мужчина набрал для меня абсолютно все, что могло бы понадобиться и даже больше.

«Какой умничка! Надо бы его поблагодарить.»

И я решила сготовить ему мои любимые лепешки с сыром по маминому рецепту. Надев настолько короткое легкое нежно-розовое платьице, что страшно было нагибаться, я порхала по огромной кухне своей мечты, оборудованной самой современной техникой и выполненной в том же стиле, что и весь загородный дом, наполняя ее ароматом сдобного теста и запеченного сыра.

Я включила музыкальный канал, пританцовывая и пачкаясь мукой.

– Привет, коротышка, – раздалось позади.

Я ждала, что владелец хрипловатого голоса накинется на меня со страстными поцелуями и объятиями, закинет меня на стол и, поднимая облако из белой пыли, будет яростно овладевать мной. Я почувствовала жар, поднимающийся к груди, а он стоял, принагнувшись, в дверном проеме, облокотившись о его косяк, пристально наблюдая за моими действиями.

Я сбросила с себя напрасные надежды и максимально равнодушно спросила.

– Где ты был?

– На работу ездил.

Он душил в себе смех, я чувствовала, это по его ехидной улыбке. И она, его самоуверенность, начинала меня жутко раздражать.

«Что за игра в кошки-мышки?»

Его темно-синяя рубашка обтягивала его крепкое мускулистое тело, слегка расходясь на его напряженной груди, на которой он скрестил руки, и я смогла разглядеть кусочек рисунка на его теле.

Джеймс все наблюдал, и улыбка его становилась все шире.

– Ты что смеешься надо мной?

– Как же я хочу залезть в твою маленькую голову и понять, как эмоции на твоем лице могут так переливаться из крайности в крайность.

«Ах так?! Ну держись!»

Я глубоко нагнулась перед ним, доставая из духовки готовую румяную выпечку, ставя ее на стол.

– Ммм…

Джеймс застонал и, наконец, двинулся мне навстречу, глухо приговаривая.