12 часов

И у меня были на то ВЕСОМЫЕ причины… и снова знакомое чувство непомерной вины и утраты резануло мне по сердцу и по лицу, отдаваясь фантомной болью в огромной отметине от скулы до линии роста волос.

«Твою мать, Джеймс! 12 часов! Всего 12 часов! Да что может случиться?!»

Я хлопнул крышкой ноутбука и пошел собираться в дорогу.

*********************************

Мелиса.

После неприятной встречи с бывшим боссом я вошла домой прямиком на наше просторную светлую кухню, и меня встретила ежедневная грязная засохшая тарелка в каменной раковине.

«Любовь кончается, там, где начинается бытовуха.» – я взревела на весь дом.

– Адам!

Из темноты гостиной ко мне выполз мой сонный ленивый тигр и потянул меня к себе, поглядывая на часы, грозно рыча.

– Мили! Первый час! Почему так поздно?!

«Любовь кончается там, где начинается тупая ревность.»

Я больно дала ему по рукам и указала пальцем на каждодневное бельмо на моем глазу.

– Не уходи от темы!!! Почему опять эта дурацкая тарелка в раковине? Так сложно помыть за собой?

А еще я увидела на мраморной поверхности островка царапины от ножа, крошки еды и хлеба и меня затрясло, заколотило словно отбойный молоток.

– Какой же ты засранец!

– В отличие от тебя я не шляюсь до ночи по клиентам! – досадно выпалил он на мой истерический выпад.

Я знала, конечно, что в нем говорила обида и страх меня потерять, да и лютая ревность подливала масла в огонь, но все же он сравнил меня с проституткой. Я достала из раковины грязную тарелку с остатками пищи, наполняя ее оскорблениями, и с остервенением запустила ему в голову.

– Козел!

Адам увернулся, и посуда звонко разбилась о светло-серую стену, оставляя на ней жирные брызги. В два шага он оказался рядом и закинул меня на ближайшую поверхность, молниеносно скидывая с меня пиджак и срывая рукава белоснежной блузки. Я поймала его взбешенные губы и погрузилась в них своим злостным языком. Пожирающими движениями мой разъяренный муж покрывал рваными покусываниями мою шею и грудь, заставляя меня стонать от вожделения и бешенства.

– Несносная девчонка!

Он оттолкнул меня и, резко спустив со столешницы, развернул на сто восемьдесят градусов. Прижав мою голую грудь к холодному мрамору, он сорвал с меня брюки и смачно шлепнул по ягодице.