12 часов

Я почувствовала, как его язык слегка коснулся моего, и вздрогнула…

«Это волшебно… это лучший поцелуй в моей жизни…»

Мой кавалер обнял меня за талию обеими руками и приподнял, останавливаясь, углубляясь в мои уста рывками, покусывая и оттягивая горящие губы. На последних нотах он прильнул к ним, как можно дольше, а затем отстранился, сияя ярче звезд на небе, ослепляя меня своими кошачьими глазами. Я оглянулась и прошептала.

– Все смотрят на нас…

– И пусть…

Начался второй медленный танец, и кольцо из людей вокруг нас постепенно включилось в движение.

– Значит решила, что ты моя девушка? – хитро произнес джентльмен, и я подхватила его настрой, заигрывающе мурлыкая в ответ.

– Ты против?

– Но я же не опроверг.

– Ну ты и не согласился.

Он молчал, лишь хитро улыбаясь своей безупречной улыбкой.

– Значит ты все-таки влюблен в меня? – снова я попыталась вывести на чистую воду эту непробиваемую скалу.

– Я этого не говорил.

– Только что…

– Не понимаю, о чем ты. Я песню пел.

Мы рассмеялись одновременно. И Джеймс легко поцеловал мою улыбку, задавая такой нужный вопрос, который для меня расставил на свои места, и я поняла, что предназначена для этого мужчины, а он для меня.

– Обязательно надо все говорить? Это ведь всего лишь слова.

– Мне не нужны слова… – тихо ответила я, заглядывая в его такую чистую и открытую сейчас для меня душу, – мне нужен ты… и мне плевать, что было до нас…

– Плевать на то, что будет потом…

Он резко остановился.

– Поехали домой.

*********************************

Джеймс.

Я осыпал поцелуями лицо раскрасневшейся девушки, укладывая ее в свою постель на мягкие холодные подушки. Ее ледяные от волнения пальчики пробегались от моего пресса к груди, под расстегнутую рубашку…

– Я думал, что ты как дикая кошка налетишь на меня, раздирая мою спину в кровь. Значит ты на словах только развратница? Стоит оказаться без одежды, и ты уже невинная овечка? – ощущая, как эта девушка мне покоряется безоговорочно и бесповоротно с каждым моим движением и шагом, я подумал:

«Волк влюбился в овечку.

«Какой же ты эгоист, Джей. Ты погубишь себя и эту девочку.»

Она молчала… все больше краснея и убегая от меня, вдавливаясь в перину. Обнаженная малышка выгибалась и постанывала на каждый мой жест, снова подводя меня к пропасти.