На кончиках пальцев

А не в той гробовой тишине дома, который даже по виду напоминал склеп, хотя и выглядел дороже всего, что она вообще видела в жизни.

Похоже, нужно будет найти еще одну работу. Сегодня заглянула в хостел недалеко от университета и узнала цену. Этой зарплаты должно хватить, но нужны деньги и на еду. Пока она была погружена в свои размышления, зазвучала медленная музыка и все начали делиться по парам, чтобы танцевать медляк. Ее внимание привлекла блондинка, которая упрашивала татуированного станцевать с ней. Но он с бездушным лицом курил свой вейп, переведя взгляд и случайно встретившись с Леиным.

Это становится уже фатальным – находить его взгляд. Лея стиснула зубы, чтобы не скривиться от навязчивой мысли. Блондинка проследила, куда он смотрит, и все ее лицо перекосило. Она направилась к диджею на сцене и что-то прошептала ему, похлопав глазками.

Лея смотрела, как танцуют пары и даже нашла что-то милое в этом. Ведь эти студенты еще минуту назад дергались как обезумевшие под клубную музыку, а сейчас замедлились и выглядят очень красиво.

Они чувствуют, что сердце бьется не только от алкоголя и драйва танцпола, но еще и от тепла другого человека. Каково это? Лея не знала, но глядя на прикрытые веки и смущенные улыбки, она чувствовала, что им хорошо, как героям в книгах, о которых она читала.

Танец закончился, снова начал долбить какой-то современный бит. И Лея решила покинуть свое место, разрываемая чувством внутренней тоски. На ее черное платье с надетой поверх А-силуэтной сеткой лилась жидкость из стакана, пропитывая ткань.

От напитка одежда неприятно прилипала к коже живота, который невольно напрягался от холода. Лея не сразу поняла, что происходит, пока не увидела, как стакан держат наманикюренные ногти блондинки-стервы. Та с нахальным взглядом выливала на нее алкоголь.

– Ой, прости, я загубила твое единственное и убогое платье? – прошипела она, некрасиво морща нос. – Хотя нет, платье у тебя даже модное, это просто ты сама убогая, – она говорила громко, чтобы услышали ее дружки из элиты и смеялась.

Лея молча стояла и смотрела сквозь нее. Она не видела больше людей и не слышала клубную музыку. Ни один волос не шевельнулся на ее теле. Девушка погрузилась в воспоминания о том, как ее постоянно дразнили из-за грязной и рваной одежды деревенские девчонки, которые не были одеты изыскано, но хотя бы прилично. Ей же приходилось ходить почти все время в чем-то рваном и грязном, пока она не научилась шить и стирать.