13 Миров Даниэлы

«Дерево как дерево, – подумала Даниэла. – Понапридумывают небылиц!» Намного выше её роста она вдруг заметила неровные, кособокие буквы, наползающие одна на другую. С трудом прочитала: «Ирен». Годы так и не сумели затянуть страшную рану дерева. Даниэла прижалась щекой к стволу – шершавая, грубая поверхность оказалась пульсирующей и тёплой, будто внутри клокотал океан, шумно перекатывая камешки во время прибоя. Вскоре между трещинками в коре пошел пар – он вырывался тонкими белыми струйками, обжигая ладонь. Даниэла вскрикнула, отдёрнула руку, но неожиданно невидимый резиновый жгут обернулся вокруг её запястья, заставляя запрыгать в попытках освободиться.

Даниэла тянула руку к себе, дерево – к себе. Наконец, запыхавшись, она догадалась упереться ногой в ствол. Удерживая другой ногой равновесие на мягком грунте, девочка дёрнулась что было сил и оборвала невидимую нить. Кривясь от боли, поднесла ладонь к губам, подула на неё – на воспалённой коже надувались прозрачные пузыри. Даже в свете сгущающихся сумерек ожог выглядел впечатляюще. Дерево под порывами ветра клонилось, нависая над ней тяжёлыми ветками, скрывая пасмурное небо. Даниэла оказалась будто в шатре и, с трудом сдержав крик ужаса, упала на колени, пытаясь найти просвет между ветками, однако что-то ещё было не так – исчез цвет. Внезапно всё закружилось, перемещаясь в сумасшедшей чёрно-белой круговерти. Даниэла решительно зажмурилась и поползла, раскидывая в разные стороны комья земли и листья. Ветки царапали лицо, вырывали её рыжие волосы. Девочка пребывала в уверенности, что барахтается на месте, подтягиваясь на локтях, а в следующий момент отталкиваясь ногами. Рюкзак мешал, земля с перегнившими листьями легко поддавалась ладоням, ногам не хватало упора. Она будто скользила, тонула в лесном озере. Даниэла двигалась несмотря ни на что, с упорством пловца на стометровке. В какой-то момент под руку ей попался торчащий из земли упругий корешок. Даниэла ухватилась за него, подтянулась. Приоткрыв глаза, выглянула из-под капюшона, заметила просвет; страх навсегда остаться под этим деревом толкал её вперед, только вперед; ветки нещадно хлестали по ногам и спине. Она поняла, что отползла на приличное расстояние, когда цвет начал возвращаться яркими бликами и в чёрно-белой картинке мира возникли цветные пятна – зрительские стульчики, потом деревянные ступени лестницы, выкрашенные голубой краской. Даниэла привалилась спиной к чему-то жёсткому и в то же время пружинистому.