Золото Пиротана. Книга первая. Бесстрашие у нас в крови

Женя заметила узкую дверь возле окна, за ней оказалась крошечная, но вполне удобная туалетная комната: в глубине, от стены до стены находилась эмалированная ванна, рядом с ней столик с раковиной и зеркалом, и унитаз. Нигде никаких личных вещей или декора, было ощущение, что в этой комнате никто и никогда не жил.

– Ё-моё, а что ж так холодно-то?.. – Женя вышла из комнаты и открыла соседнюю дверь, здесь была абсолютно идентичная картина, с той лишь разницей, что окна этой комнаты выходили на другую сторону здания, поэтому расположение мебели было зеркальным.

Она вернулась в холл и недовольно пробормотала: – Капец, хоть здесь спать оставайся… Может комната бабули будет теплее?

Женька пересекла гостиную и открыла дверь рядом с лестницей:

– Ну вот, другое дело… – она растерянно оглядывала спальню бывшей управляющей. Здесь было относительно тепло; на подоконнике стопками лежали книги; на комоде – баночки, пузырьки и фотографии в рамках; по стенам развешаны вышитые картины; на полке камина стояли многочисленные статуэтки, вазочки и… стойкий запах лекарств.

Женя недовольно подёргала носом и, выйдя назад в гостиную, распахнула соседнюю дверь.

Здесь была такая же обстановка, как в первых двух спальнях, но температура воздуха гораздо выше. Девушка облегчённо выдохнула, закрыла за собой дверь, стянула кроссовки и в изнеможении упала на кровать. Матрац оказался мягкий и удобный, Женя едва не начала засыпать. Спохватившись, она сползла с кровати и направилась в туалетную комнату, здесь было даже жарко.

Женя потрогала стены, они были горячие:

– Ааа… так вот в чём дело! Камины внизу! А за этой стеной идёт вытяжная труба. – сообразила девушка, открывая краны. Вода текла тёплая. Женька быстро сполоснулась и нырнула под одеяло. «Надо завести себе собаку. А лучше двух. И кошку. Двух кошек… А то я уже сама с собой разговаривать начала…» – подумала она, проваливаясь в сон.

– Мадмуазель Жени! – сквозь сон донёсся до слуха девушки далёкий крик.

Она с трудом пошевелила затёкшими руками под одеялом. Под утро комната остыла, Женька замёрзла, и ей пришлось натянуть на себя свитер и джинсы и спать, свернувшись калачиком.

– Мадмуазель Жени, эте ву ля? – мужской голос раздался совсем рядом. Дверь в комнату распахнулась, и в дверях появился почтенного вида немолодой мужчина в очках, чуть полноватый, в тёплом твидовом пиджаке и свитере.