Девочка с морским сердцем

Как только он ушёл, Сэмми спросил:

– Что это за диск?

– Он лежал в машине той женщины. Я прихватил его с собой.

– И что на нём записано? – поинтересовалась Тесс.

– Понятия не имею. Это самостоятельно записанный диск с надписью «Разное». – Бен потряс головой. – Надеюсь, там не тяжёлый металл и не народные песни и тому подобное…

– Merde[1 - Проклятие (фр.).], – пробормотала Тесс и скрестила руки на груди.

А Сэмми, напротив, чувствовал себя абсолютно в своей тарелке:

– Давайте выучим парочку танцевальных движений.

– Нет времени, – отрезал Бен.

Тесс застонала:

– И что? Мы выйдем на сцену и будем просто… стоять?

– Будем танцевать, – спокойно объяснил Бен. – Только каждый будет танцевать по-своему.

– Каждый по-своему? – удивилась Тесс. – Как это?

– Представьте, что вы хотите очень многое сказать своим танцем, – пожал плечами Бен.

Тесс смотрела на него, не в силах вымолвить ни звука. Сэмми ухмылялся.

Бен невозмутимо продолжал:

– Танцуйте так, словно вас переполняют чувства, которые вам хочется выплеснуть, выразив их движениями и мимикой.

Алеа не понимала, шутит он или говорит всерьёз. Сэмми продолжал улыбаться во весь рот. Но шутил Бен или нет, а Алеа не сомневалась, что на сцене не сможет пошевелиться и, скорее всего, будет стоять неподвижно, как перепуганный олень, ослеплённый автомобильными фарами.

К ним подошёл один из помощников и отвёл их за сцену. Сердце Алеа билось так, что она ощущала его даже в пальцах ног.

– Вы что, без костюмов? – удивился организатор.

– Да. Уличная одежда – часть нашей концепции, – ответил Бен.

Тесс громко фыркнула.

Сэмми ткнул Алеа локтем.

– Хочешь, я тебе её верну? – спросил он и снял с головы кепку Алеа цвета морской волны.

Алеа надела её дрожащими руками. В этой кепке она и впрямь чувствовала себя более сильной, но это всё равно не поможет ей избежать величайшего позора в своей жизни.

Когда всё началось, помощник подал им сигнал, и они вышли на сцену.

Сэмми встал впереди всех и ослепил публику беззубой улыбкой. Он так часто выступал на разных улицах мира, что не чувствовал ни капли стеснения. Напротив, Бен был напряжён, а Тесс как будто безропотно подчинилась судьбе. Алеа догадывалась, что Тесс всё бы отдала, чтобы ей разрешили петь, а не танцевать.

Алеа стояла на сцене, вжав голову в плечи и не зная, куда смотреть. Если бы в полу образовалась яма, она бы не раздумывая в неё прыгнула.