Милая Лэина в логове Змея

Как только она приблизилась и сделала бросок, целясь в мою руку, я отскочила в сторону и снова упала на камни, к удару камней добавилось ещё несколько ран от ракушек, запутанных в сети.

Искать край сетки было некогда, я подхватила её и стала двигаться по периметру купола, ища хоть кого-то, кто мог бы выпустить меня наружу. Акула сделала ещё один рывок в мою сторону, и я снова, хоть и с трудом, увернулась. Возможно, я смогла бы на какое-то время затянуть танцевальный поединок с этой хищницей, если бы не ещё один плавник, мелькнувший за соседними камнями.

Сердце сделало сальто и ушло куда-то в пятки. С двумя мне было не справиться.

Из-за камней появилась не одна акула, а две, и теперь они втроём кружили надо мной, присматриваясь друг другу и явно договариваясь, кому достанется самый лакомый кусочек. Не знаю правда, какие части тела акулам нравится есть больше всего. Я ускорила своё передвижение, но, запутавшись в сети, снова упала на камни и стесала ладони.

Очередная порция крови раззадорила хищниц, и они все вместе ринулись вниз на меня. Я закрыла лицо рукой, понимая, что под тяжёлой, увешенной камнями сетью и без помощи Воли я не могла с ними справиться. Сердце пропустило удар. Сейчас, в этот момент должна была раскрыться надо мной пасть и сомкнуться на выставленной перед лицом руке.

Мгновение. Ещё одно. Но ничего не происходило. Я открыла глаза и взглянула вверх: надо мной сцепилось две акулы.

Одна из них показалась мне знакомой. Это же акула Рагавурра!

Пока эти две дрались, другие начали плыть в мою сторону. Я попыталась ещё раз отмахнуться от них водой, но безуспешно. Одна из них вырвалась вперёд и уже раскрыла пасть, когда что-то незримое заставило её остановиться. Она застыла и опустилась на дно, как и две другие, нападавшие на меня до этого. И только моя заступница продолжала кружить рядом. Я обернулась в ту сторону, откуда акулы почувствовали угрозу.

За моей спиной стоял Рагавурр.

Он выглядел поистине устрашающе и напомнил мне Аруога, наблюдавшего, как член родового совета посмел сделать порез на пальце его супруги. Напряжение, злоба, настороженность и смерть. В его глазах я увидела смерть, сотни смертей, постигших каждого, кто посмел покуситься на что-то, принадлежавшее ему. И мне стоило бы испугаться этого, отпрянуть, испытать отвращение.