Delete. Серия «Превращаясь в бога». Часть 2

 – У нас проблемы посерьёзнее ваших препирательств… – он поднял руку и повёл раскрытой ладонью. Это был приказ замолчать. Развернувшись в пол-оборота, он спросил: – Жур, где шлюпка, знаешь?

– Там, – Жур указал на торчавший из-под воды белый ящик.

Мои глаза успели прочесть надпись: «Спаса…», и поплавок медленно скрылся под воду. Решение пришло быстро, и я рискнул. Вдруг она целёхонька. Моё тело, как и ожидалось, стекло за борт, и я отправился за ней вслед на глубину. Канат, ухваченный лапами Сибитуса, я вырвал из части его тонущего туловища.

Поплавок мигом всплыл на поверхность. Яхта уже только наполовину торчала из воды. Я вскочил на борт, крепко держа в руках стартовый линь, и с силой дёрнул его. Поплавок развалился на две части. Черно-оранжевое полотно зашипело, и на наших глазах вырос плавучий домик. Активированный плот я подтянул к борту. Владимир, самый крупный из нас, был первым, кто вспрыгнул на него. Он влез внутрь, чтобы стабилизировать плавучее средство. Следом все проворно перебрались на плот.

Тем временем наша яхта тонула. Погрузившись в морскую пучину, «Карла» издала «буль» и, выбросив столб пузырей, пошла ко дну, а разбросанные останки втянула образовавшаяся воронка. Проводив взглядом в последний путь флажок на конце антенны резвой блондинки, мы всплакнули от счастья что спаслись. Моё сердце клокотало от радости чудесного спасения и не без моей помощи.

– Что дальше? – Владимир, как всегда, будто беспомощный ребёнок не мог принять решения и ждал приказа.

 – Ни телефона, ни рации, ничего. Пожрать-то, хоть есть чего? – причитал он.

– Держи… – Гарри передал ему новенький сотовый телефон.

– Откуда, чувак? – Владимир почесал затылок. – Как ты это делаешь?

Глупое лицо Владимира насмешило нас. Никто не мог понять фокусы Гарри. На ноте добра и хорошего настроения, после удачного спасения, я достал пакетик из кармана и сунул его под нос Журу. Он взвизгнул от восторга, будто девчонка, обрётшая «чупа-чупс». И, словно ураган, напал на меня, что даже плот опасно раскачался.

Стараясь зацеловать меня до смерти, он получил от меня в челюсть. Я никогда не позволил бы ему коснуться меня (а вы сомневались?).

– Яман! – Жур не обиделся на мой резкий удар. Словно смертник, помилованный от гильотины, он резюмировал: – Братишка! Теперь, точно, спасаться не надо. Зачем покидать рай? Я тут останусь!

В нём проснулся прежний Жур с пристрастием к дури, что я всегда осуждал.