Визитёр из прошлого. Серия Фатум. Часть 2

Позже, Потап, изучая историю, узнал правду о трудных временах.

Голодомор тридцатых годов унёс жизнь почти десяти миллионов украинцев. Это было преступление против собственных граждан, геноцид. Определённые лица, наделённые властными полномочиями, стремились «умиротворить» голодомором соотечественников. Среди этнических украинцев ходили революционные настроения, и они подверглись жесточайшему голодомору.

Мысли о хлебе насущном не давали прогрессивной массе людей увлечь за собой голодающее население.

Но люди выживали за счёт сердобольных, кто подавал нищим. Люди ели крыс, мышей, воробьев, костную муку, кору деревьев. Были случаи каннибализма, когда из-за конфискации провианта, зерна, сала, картофеля, люди могли съесть даже кожаные изделия, которые отваривали.

Конвой на железнодорожных станциях не допускал к зерну, гниющему под открытым небом, умирающих с голоду людей. За кражу социалистической собственности приговаривали к смертной казни даже матерей – за принесённую с поля горсть зерна голодным детям.

Умерших от голода, ежедневно вывозили в братские могилы, собирая по улицам селений и городов.

Потап в те годы был одним из тех детишек, которые ранней весной не носились по полям и садам, не ходили в школу, потому что не было сил двигаться. Он сидел у забора со сложенными в калачик опухшими от голода ногами, любовался цветущим абрикосом и мечтал о крошке хлеба. Лозунг, висевший в сельской школе, «Спасибо за счастливое детство товарищу Сталину!» был всего лишь бездушным слоганом.

Многие матери, спасая от голода детей, в отчаянии подбрасывали их в проходившие мимо грузовые поезда, чтобы власти их накормили. Сироты слонялись по дорогам и попрошайничали. Большая часть их на ходу падали от голода, не дождавшись помощи от властей.

Но мать Потапа из последних сил старалась отыскать еду, не желая расставаться со смыслом её жизни, – детьми.

С годами смертность убыла, и то лишь по причине прироста населения за счёт запрета на аборты.

Страшное время было давно позади, но привычка запасаться хлебом у Потапа исчезнет только вместе с ним.

Голод тошнотой подступил к горлу и с каждым часом барьер повышался. Мозг отказался трудиться без подпитки. «Пора перекусить», – уж много раз вторило подсознание. Стопка тетрадей слишком медленно таяла.

Эксперт открыл слева от себя шкафчик, заглянул внутрь, переставил пустые баночки и обнаружил в углу сухарик.