За гранью. Серия Кома. Часть 1

– О! Нет! А можно гурии будут близнецами и белокурые, как ты?

Он погладил мои волосы.

– Так ты еще и проказничаешь?

– Заманчиво!

– Ясно одно, бог приготовил для праведных служителей то, что не видело ни одно око, не слышало ни одно ухо и не чувствовало ни одно сердце. Не зря люди стремятся попасть в рай.

Адам, выслушав рассказ, кинул сверлящий взгляд и игриво подмигнул:

– Надо же! Я не подозревал, что в тебе скрыт талант сказочницы. Я чувствую, что уже в раю рядом с тобой.

– Даже так? А я, наверное, с тобой попала в ад.

– Это почему же? Тебе со мной плохо? – он крепко сжал руку.

– Так ты же Адам – первый человек сотворённый богом! Я совращу тебя яблоком, – я из сумки достала красное яблочко. Адам схватил руку, дотянулся к греховному фрукту и откусил половину.

– Ты ввела меня в грех! Мы прогневили бога. Теперь попадём в ад, где ждут грешников и не будет нам прощения.

– А я подумаю, вкусить ли мне запретный плод. Веди себя хорошо и тогда попадёшь в рай. Так что тебе выбирать.

Адам клятвенно поднял левую руку, а правую приложил к сердцу:

– Даю тебе обещание. Я буду вести себя хорошо!

Мы рассмеялись от неожиданных умозаключений о грехопадении людей. А я с вдохновением прочла стихи Омара Хайяма:

«Ад и рай – в небесах», – утверждают ханжи.

Я, в себя заглянув, убедился во лжи:

Ад и рай – не круги во дворе мироздания,

Ад и рай – это две половины души!

Каждый молится Богу на собственный лад.

Всем нам хочется в рай, и не хочется в ад.

Лишь мудрец, постигающий замысел Божий,

Адских мук не страшится и раю не рад.

– Ад! – прокричала я сквозь шум машин. В душе пели птицы, лицо пылало от мыслей, осенивших в минуту счастья. – Ты мой ад!

Адам любовался моим настроением, юностью и азартом.

– Ха! Согласен. Ад, так ад.

– Я нашла! – от смеха дрожал живот.

– Что нашла? – Адам по-доброму злился на присущую мне беспечность.

– Формулу, – прокричала я.

– Какую формулу?

– Я вычислила формулу счастья!

– Она есть?

– Формула любви.

Неожиданное открытие распахнуло сердце, и я вручила заветный ключик от него Адаму.

– Похоже, ты белены объелась. Или солнце весеннее в голову напекло. Сказочница!

Он притянул меня за запястье, но я вырвалась и, раскинув руки, закружилась на пятке. Дразнясь, словно малышка, я кричала:

– А-а-д! Ад! Какой белены? Я мороженого объелась! И от счастья голова кругом.