История без названия

Подруга даже усидеть на месте не может. Стоит у лавочки возле подъезда, нервно притопывая и уперев свободную от телефона руку в бедро.

– Готова поставить свою лучшую тушь на то, что Богдан над нами издевается, – вместо приветствия говорит Мари.

Почти без сил падаю на лавочку и, тяжело дыша, смотрю на подругу снизу вверх:

– Побереги косметику. Вероятнее всего, Герасимов просто не в курсе, что мы ему что-то подкинули. А даже если в курсе…

– Думаешь, не стал смотреть, что на ней?

– Так бы сделал любой нормальный человек.

Мари щелкает пальцами с видом «я тебя поймала на слове». Сразу понимаю, к чему все ведет, и со страдальческим видом качаю головой.

– А, ну да…

– Гель, ты два года назад должна была уяснить, что Богдан и нормальный человек – это антонимы. – Потом она чешет ногтем кончик брови и вздыхает. – Хотя намеков на его долбанутость было полно и раньше, если честно…

– Ты про тот случай, когда он отказался брать нас в компанию на речку? Или когда пообещал пойти с нами в кино, а потом посреди сеанса сбежал?

Говорю это, а в душе точно расползается разъедающая лужа кислоты.

Знаю ведь, что таких случаев было гораздо больше… И как я вообще запала на него в восьмом классе?

– О. Спасибо, что напомнила! – потирает ладони Мари. – Обязательно пополню список «Косяки Герасимова. Том первый». Всего планируется не меньше десяти выпусков, так что не расслабляйся.

На детской площадке играет ребятня. Смотрю на гурьбу детей с тоской и некоторой завистью.

Когда-то здесь играли мы, и все было гораздо проще.

Но я сама во всем виновата. Головой ведь знала, какой Богдан на самом деле – ведомый, зависимый от чужого мнения. Он дружил со мной и Мари класса до седьмого, когда это не было чем-то зазорным для мальчишки. Уже потом ему в голову ударила «крутость». Он стал бегать за парнями постарше, чтобы пробиться в их компанию, начал забывать про нас с Мари.

Я знала, что он такой. Но глупо влюбилась в образ, который сама создала для Богдана.

Заставила себя верить, что он сбегает от меня не из-за стыда за дружбу с девчонкой, а потому что не понимает вдруг возникших чувств. Наивно думала, что Богдан борется со вспыхнувшей влюбленностью, но ничего не может с ней сделать и потому раз за разом сбегает.

Уже теперь я вижу, что в окончательном разрыве нашей дружбы во многом виновата сама. Ведь чувства Богдана ко мне стали первой сказкой, которую придумала.