Театр кошмаров

Выпила бы, в конце концов, чтобы расслабиться…

– Каспер!

Он все же получил подзатыльник, а Этель сморщилась – к ладони прилипли крошки, что остались на его волосах. Все-таки не стоило им тащить на кровать столько еды. Оба уснули и ночью опрокинули все тарелки. Теперь и попкорн, и чипсы, и соленые орешки усыпали пол мерзким хрустящим ковром. Хорошо хоть колу убрали на тумбочку…

Этель отхлебнула из стакана, недовольно скривилась и отодвинула его подальше. За ночь напиток совсем выдохся. Как и терпение Этель.

– В общем, Каспер, торжественно заявляю: на лето наш контракт расторгнут. Мне нужно набрать как можно больше волонтерских часов.

Денег сестры Этель, на которые они жили вдвоем, едва хватало на то, чтобы оплатить счета и купить все необходимое. Речи о том, чтобы потратиться еще и на дополнительные курсы, и быть не могло. И раз есть шанс попасть на дополнительные занятия бесплатно, нужно хвататься за него и не отпускать!

Подумав об этом, Этель неосознанно коснулась шрамов на левой половине лица.

Прикосновение к неровной, истерзанной старыми ранами коже всегда откликалось в душе ядом воспоминаний. Отрава, растекаясь по венам, ускоряла сердцебиение, становилось труднее дышать, а перед глазами мелькали картинки прошлого, словно вырванные из кошмарного сна.

Но шрамы, как и воспоминания, были настоящими. И это снова и снова приводило к мысли: если старания Этель однажды помогут спасти хоть кого-нибудь, она должна бороться за каждую крупицу знаний.

– Вечеринка будет ближе к вечеру. Может, все-таки успеешь после своей смены?

Вместо ответа Этель шумно вздохнула и одарила друга тяжелым взглядом.

– Вот ведь не сидится тебе спокойно, – удрученно буркнул парень, а затем с тусклой улыбкой потрепал рыжую макушку подруги. – Ладно, я придумаю отмазку, почему пришел без тебя.

– Отмазку? Да всем плевать ведь.

– Моим родителям вряд ли.

– Мне не нравится, что ты им врешь о нас, – Этель отвела взгляд к окну, чувствуя себя виноватой. Будто это она лгала родным, а не Каспер. – Я могу понять, почему ты хочешь врать о нас своим друзьям, – она намеренно выделила это слово едкой интонацией. – Но родители… Может, хотя бы дома стоит признаться, что это все постановка?

– В конце лета, говорю же, – отмахнулся Каспер.