Театр кошмаров

Дарен отчетливо понял это, когда краем глаза в тени комнаты уловил какое-то движение.

Элена стояла в углу. Она смотрела на сына с безумной широкой улыбкой и нервно заламывала неестественно короткие руки. Все ее тело напоминало сморщенный изюм – маленькое, неправильное, словно принадлежащее вовсе не ей.

– Каспер, – позвал Дарен резко охрипшим голосом.

Он попытался встать с дивана, но ноги подкосились. Дарен упал, расшибив колени, но боли не почувствовал. Все заглушал холод, ползущий по венам.

– М?

Музыка стихла – Каспер поставил игру на паузу.

Дарен собрал волю в кулак и поднялся. На негнущихся ногах он прошел к открытой двери и замер в проходе.

Телефон был единственным источником света. Бледно-голубое сияние касалось лица Каспера, и Дарен прекрасно видел каждую эмоцию своего гостя. Он надеялся, что, когда Каспер вскинет глаза, в них отразится страх, ведь Элена стояла прямо за спиной своего сына. Но голубые глаза смотрели с удивительным спокойствием, от которого в груди все перевернулось. Паника завязалась вокруг груди тугим узлом, не давая вдохнуть.

Каспер не видит ее. Не видит Элену.

– Ты в порядке?

– Да, – слово больше походило на хрип. Тонкие дрожащие пальцы впились в дверной косяк. Дарен едва стоял, но не мог сказать правду.

Не мог признаться, что он сошел с ума.

– Врешь, – уверенно заметил Каспер и отложил телефон. Тот лег на поверхность ванны с глухим стуком. Голубой свет уперся в потолок.

– Вру, – признался Дарен, с горечью осознав, что в их игре в «правду или ложь» они с Каспером поменялись местами.

Ничего не говоря, Каспер передвинулся в ванной. Теперь он сидел не посередине, а под выключенным и отведенным в сторону краном. Ничего не говоря, Дарен с ногами забрался в ванну и по-турецки сел в противоположном, освободившемся конце.

В ванной комнате пахло острой китайской лапшой, что стояла на тумбочке рядом со стаканом с единственной зубной щеткой, морозным дезодорантом Каспера и совсем слабо – хлоркой.

Свет телефона бликами гулял по кафелю и освещал только тесное помещение ванной комнаты.

Дарен физически не мог видеть Элену, спрятавшуюся в тени, но она будто была соткана совсем из другой материи и выделялась на фоне мрака, как тусклая звезда на ночном холсте.

Дарен крепко зажмурился и откинулся на холодный бортик ванной. Затылок коснулся кафеля, ладони, сцепленные в замок, снова дрожали.

«Никогда не стыдно обратиться за помощью», – слова, сказанные Каспером, заклинанием повторялись в голове.