На крыльях страсти. Серия Кома. Часть 2

Возмущение нарастало, как снежный ком, предчувствие, что мужа оставят без гантели, не покидало. Я негодовала.

– Потеряете гантель, будете покупать новые! – в моём голосе зазвенел металл.

– Да не боитесь, мы крепко привяжем, пару раз кинем и поднимем. Пробьём засор и все… – успокаивал коротышка.

– Так вы же свой груз потеряли… и мой туда же забросить хотите. Он денег стоит.

Сантехник продолжал прочищать сток, забрасывая привязанную гантель. Уж на десятый раз мне надоело смотреть на эту канитель.

За время работы он обложил бранными словами всех жильцов.

Слушая грубые стенания, я удивлялась красноречивости русского языка.

– Ну, тупые! Бросают тряпки, очистки, тампоны. Мать их! А ты возись с дерьмом! Михалыч, чё спишь? – он толкнул напарника в плечо. – Толку от тебя, как с козла молока, балласт чёртов. Лучше бы твою зарплату мне начисляли! Работаю за двоих.

Напарник икал и кивал, соглашаясь со старшим.

Сверху в трубе зашуршало и послышался звук спускаемой воды. Когда до меня дошло, что произойдёт, – было поздно.

С верхнего этажа по канализационной трубе летело содержимое с ускорением десять метров в секунду.

– Твою мать! Держись! Кому там припёрло? Предупреждали ведь!

Сеня схватил помощника за шиворот и ткнул его вместе с тазом под трубу. Я мгновенно отскочила. А подчинённый качаясь, будто маятник, держал таз под трубой.

Через пару секунд содержимое вылетело и с размаху плюхнулось в таз, забрызгав стены туалета и всех нас. Держатель таза, наконец, перестал икать.

Дерьмо облепило конопатками его лицо и спецодежду, превратив недоумка в вонючую навозную кучу.

Вонь, пришедшая из трубы, заполонила квартиру, распространилась и усилилась. Стены, покрытые рыжими пятнами, повергли меня в ужас, и я выплюнула на плечо Михалыча, старательно удерживавшего таз, содержимое желудка. Костюм сантехника, сдобренный остатками ванильной булочки, которую я съела на завтрак, выглядел так плохо, что пришлось его подкрасить остатками.

Грязь Мёртвого моря сковала моё лицо так, что я не смогла выругаться.

От злости меня чуть не хватил удар. Дыхание спёрло. Выбросившаяся желчь разлилась во рту, вызвав жажду растерзать полоумных сантехников.

Если бы я знала, как была права, что после ремонта придётся вызывать бригаду строителей, лучше бы у меня разболелся зуб или случилась мигрень.

День был потерян! Нет, не просто потерян, а изгажен.

Неприятности сыпались одна за другой, даже уход Адама показался шуткой в море бед.