Трискелион Тихолесье

Глаза, густого зелено-серого цвета с желтыми вкраплениями вокруг зрачка, восторженно изучали своё отражение. В левом углу комнаты раздалось восхищенное – «Ого!» – Искра заглянула в зеркало последняя. Теперь на её голове красовалась длинная и пышная копна кудрявых медно-рыжих волос. Выразительные серые глаза окрасились стальным оттенком. Тела девушек наполнились непривычной лёгкостью и удивительной пластичностью. В груди появилось будто давно забытое, но такое приятное и родное ощущение силы и тепла.

– Сейчас утро раннее, только рассвело.

Поспите ещё немного. – попросила Руфина.

– Вот ваши праздничные наряды, – Равенна достала из шкафа длинные платья малахитового цвета с набивными бархатными золотистыми узорами и развесила их на вешалку рядом с камином. – На праздник вас проводит Руфина. Думаю, сегодняшний день будет наполнен приятными сюрпризами.

Ближе к полудню девушки неохотно выбрались из теплых постелей и стали натягивать новые праздничные платья. Сильва, справившись с переодеванием первой, настежь распахнула окно.

Воздух в комнате показался ей тяжёлым и застоявшимся, она непривычно по-новому ощущала мир вокруг себя. В спальную ворвался прохладный мартовский воздух, наполненный весенней свежестью и пением птиц. Лес за окном уже давно сбросил с себя тяжелые ледяные оковы, умылся ручьями талой воды и готовился снова облачиться в зеленое одеяние молодой листвы.

Весёлый рыжий домовик заглянул в спальню, он был одет в стёганный жилет бледно-желтого цвета.

Скрипучим голосом Прунус поторопил девушек выйти на улицу, обещая, что там их ждёт наиприятнейший сюрприз.

***

На дворе стояла приятная весенняя погода. У порога топталась Руфина и бодро напевала песенку, разглаживая складки длинного платья салатового цвета. Тяжелая дверь распахнулись и на крыльце появились три девушки, они с интересом оглядывались по сторонам в поисках обещанного сюрприза.

– Сегодня я вам сделаю небольшой подарок в честь посвящения, – сказала Руфина показывая на три метлы, стоявшие около стены.

Изогнутые деревянные рукоятки заканчивались пушистым помелом, связанным из гибких красновато-черных прутьев между которых поблескивали тонкие хрустальные нити. – Вот! Разбирайте! Эти метлы временные, позже, в день осеннего равноденствия вы сделаете свои. Но до него ещё полгода…

– Вот так подарок. И что нам с ними делать? Подметать? – хихикнула Аделаида.

– Подметать, – с укором повторила за ней Руфина.