Муж любовницы моего мужа

– Как «так»? – он прекратил целовать моё ухо, но из объятий не выпустил. – Моя жена и твой муж…

Я его перебила:

– Дело не в них.

Зоя не возражала против любовниц в жизни мужа, а Димка не заслуживал моей верности. Так что наши супруги меня не беспокоили. Было кое-что поважнее.

– Нет? Тогда что тебя останавливает? – спросил Кирилл.

– Я не могу заниматься сексом без чувств.

Это была правда.

– Ты никогда не делала это без любви?

– Нет.

– И сколько мужчин у тебя было?

– Один.

Он отпустил меня, и я прислонилась к стене с облегчением и смутным разочарованием.

Удав пощадил кролика. Леденцы с хрустом раскололись надвое.

– Дай свой телефон, – попросил Кирилл.

Я протянула ему мобильный. Он вбил туда номер и вернул мне:

– Это мой личный телефон, звони в любое время.

– Зачем?

Он мягким жестом отвёл пряди с моего лица:

– Возможно, тебе захочется поговорить. Не стесняйся. Я буду рад твоему звонку, Зоя тоже.

«Зоя тоже». Сколько женщин было у него в браке? Царапнула неуместная ревность, как будто после первого и единственного поцелуя я получила право собственности на Кирилла.

Он надел пиджак, попрощался и вышел из салона.

Скользя спиной по кирпичной стене, я сползла на пол. Разум говорил: «Хорошая девочка!», а тело вопило: «Какая же ты идиотка! Это мог быть лучший секс в твоей жизни!». Каждой клеточкой я желала этого мужчину. Да, без чувств, без любви, без доверия, но он пробуждал во мне непреодолимое сексуальное влечение. Раньше я такого не испытывала.

И уже плохо понимала, чего хочу.

Мне было страшно возвращаться домой. Казалось, Дима посмотрит на меня и сразу всё поймёт. Губы горели, щёки горели, уши горели. Сердце билось, как сумасшедшее. Кирилл уехал, и даже запах его парфюма выветрился из салона, но я всё ещё чувствовала его поцелуи. Ощущала его губы, язык, руки и даже член, упиравшийся мне в бедро.

Когда я вернулась домой, Дима рылся в шкафу и кидал вещи в чемодан. Всё вокруг было разбросано. На секунду мне показалось, что он узнал о моём поцелуе с Кириллом Ярцевым и решил уйти из дома, но вовремя вспомнила, что мы находились в доме Натальи Петровны.

Уж если кому и уходить, так мне, а не её единственному сыну.

– Дима, что ты делаешь?

– А? – он высунул голову из шкафа. – Ты не помнишь, где мой шерстяной свитер в полоску?

– Зачем он тебе?

– В командировку еду.

Русые волосы торчали в разные стороны, глаза блестели. Я незаметно выдохнула: командировка – не развод, ничего страшного.