Муж любовницы моего мужа

И на столько же килограммов худее.

Чем дольше я размышляла, тем яснее понимала: только Ярцев способен мне помочь не на словах, а на деле.

– Это связано с безопасностью? – спросил Кирилл Олегович.

– Что? – не поняла я.

– К тебе кто-то приходил? О чём-то просил? Давай я позову Виктора, и ты всё ему расскажешь, – он уже собирался махнуть в окно телохранителю.

– Господи, нет! Никто ко мне не приходил и о вас не спрашивал. Это личное, – созналась я.

– Говори, – приказал он властным тоном.

Я глубоко вздохнула и бросилась в омут с головой:

– Мне изменяет муж.

Кирилл Олегович моргнул несколько раз, словно моё признание поставило его в тупик.

– Сочувствую, – произнёс он довольно сухо. Ему явно было плевать на чужие семейные неурядицы. – Не можешь работать? Ладно, я приеду в другое время.

– Да не в этом дело…

– А в чём?

– В том, что мой муж спит с вашей женой, – выдавила я.

Кирилл Олегович уставился на меня холодными голубыми глазами, в которых явственно читалось раздражение.

– Напомни, кто твой муж?

Ничего себе вопросики! Неужели Ярцев не знал, кто работал у них на конюшне? Или бизнес на лошадках – чисто Зоино развлечение, а Кирилл Олегович занимался исключительно нефтью? Или газом? Я не помнила. В общем, чем-то супер-прибыльным.

– Мой муж – Дмитрий Истомин, – ответила я. – Он ветеринар в «Ярцевских конюшнях». Уже три года, с тех пор, как закончил академию.

– Да, теперь вспомнил, Дима Истомин… – он немного смутился, но быстро взял себя в руки. – А с чего ты взяла, что они встречаются?

«Встречаются»! Да трахаются они на рабочем месте, а не встречаются. Прямо на её директорском столе или в сарае на тюках с сеном.

– Я залезла в телефон мужа, а там переписка и фотографии, – честно ответила я.

– А тебя в школе не учили, что нельзя читать чужие письма? – Кирилл Олегович бросил полотенце на умывальник, подошёл к шкафчику и снял с вешалки пиджак.

Он что, собирался сбежать?! Я думала, он иначе отреагирует на новость – без агрессии в мою сторону, а с пониманием и сочувствием. Всё-таки мы оказались в одной лодке. В дырявой лодке, идущей ко дну. Но вместо поддержки он разозлился, как будто это я была виновата, что его Зоя спуталась с моим Димой!

– Это не чужие письма! Это переписка моего мужа, который обещал хранить верность до самой смерти.